Райский сад

Она его заметила, воскликнув:

— Коля!

Она шла под руку с симпатичным шатеном, который был явно намного моложе ее. Николай не удивился бы, если ее спутник оказался его ровесником. Он выдавил из себя жалкое подобие улыбки.

— Здравствуй, — он хотел добавить «мама», но поперхнулся и кашлянул. — Здравствуйте.

Он попытался быть, если не вежливым, то хотя бы воспитанным с ее очередным поклонником.

— Коленька, как ты изменился! — радостно воскликнула мать, разглядывая Николая. При этом она не отпускала руку с локтя своего кавалера.

«Да, и ты тоже изменилась, — усмехнулся про себя Николай, — раньше ты не проявляла таких нежных материнских чувств». Но следующие слова матери заставили его побледнеть.

— Это Владимир. Вова, это Николай, мой старый приятель.

Лариса улыбнулась и защебетала. Владимир протянул руку Николаю, который немигающим взглядом смотрел на мать. Он сначала не сообразил, кого она назвала приятелем, но слушая бестолковую болтовню матери, понял, что Владимир ее «почти» муж. Постепенно до него стало доходить, что она восхищалась им только как мужчиной, но не хотела признавать в нем своего сына.

Уже взрослого сына. Который мог невольно напомнить ей о ее возрасте, а значит разбить все иллюзии этого молодого симпатичного человека, стоявшего рядом. Ему страшно захотелось броситься к ней со словами: «Мама, как давно я тебя не видел, наверное, лет двадцать!» Но презрение к этой лицемерной женщине было больше, чем желание отомстить подобным образом. Он смерил ее презрительным взглядом, вложив в него все чувства, которые испытывал.

— У меня очень много дел, — грубо прервал он болтовню своей матери, цеплявшуюся за мужчину, годившегося ей в сыновья. И, резко развернувшись, пошел в кафе.

— Он по-прежнему ужасно не воспитан, — сверкнула она глазами, но тут же мило улыбнулась своему спутнику, — О, не обращай на него внимания, дорогой, он всегда такой грубый, — и потянула за собой.

Николай, злой как черт, вошел в кафе, с силой толкнув дверь, которая с размаху стукнулась об стену.

Бармен, стоявший за стойкой, косо посмотрел на вошедшего и быстро взглянул на охранника, который лениво потягивал свой кофе. Увидев взгляд бармена, охранник поставил свой кофе, медленно поднялся и направился в сторону Николая.

— Слушай, приятель, — протянул он и тут же осекся, наткнувшись на звериный взгляд."

"— Все в порядке, не суетись, — почти приказал ему Ротов. — Две водки в один стакан.

Николай положил тысячную купюру на стойку бара.