Развод с драконом, или Гиблое поместье попаданки

— Леди Эмма, — поздоровался генерал Асгард. — Как вам у нас живётся? Всё в порядке? Нужна ли помощь после нашествия?

— Благодарю, лорд, но у меня уже всё в порядке.

Мы переглянулись с Лилианой, и я не стала упоминать Эдуарда, а то не дай бог, неприязнь между лордами разгорится ещё сильнее.

— Хорошо, — кивнул генерал и повернулся к жене. — Лили, я должен уехать в столицу на похороны и поддержать Рейгарда, — проговорил он тихо, но я услышала. А потом добавил громче: — Не волнуйся. Поезжайте домой. Ты помнишь, через неделю, мы выступаем в поход.

— Я всё подготовлю для тебя, Дан. Очень переживаю за тебя, — проговорила девушка, зарываясь в объятиях генерала.

Они снова поцеловались, а я отвела взгляд.

Когда услышала про похороны, в груди похолодело.

С кем-то из близких Рейгарда случилось страшное! Но кто это? Мать Кенделен, Элена или Меделин?

На двух последних мне было плевать, но мать Кенделен! Святая женщина, которая спасла меня из лап монстра. А что, если он её убил?

Нет.

Я решительно подошла к Асгарду, когда они с женой закончили ласки.

— Скажите, к кому на похороны вы едете? — проговорила я, затаив дыхание.

Миг в неведении тянулся, словно целую вечность.

Генерал стиснул желваки, а потом объявил:

— Леди Меделин потеряла ребёнка. С завтрашнего дня в стране объявлен недельный траур.

Я инстинктивно накрыла руками свой живот. А вдруг кто-то намеренно подстроил выкидыш?! На месте Меделин могла быть я!

И как же я испугалась за своих детей!

40

Рейгард

Две недели назад я отпраздновал свадьбу с размахом, а теперь стоял в чёрном траурном мундире у алтаря в священном зале аббатства Эссен на погребальной церемонии и крутил в руках деревянную лошадку своего сына, которую так и не смог ему подарить.

Новый епископ Остин, которого я назначил на смену мерзавцу Альберту, отнявшему мебель у Аннет, проводил прощальную церемонию. Останки сына, составлявшие всего пару окровавленных тряпиц, я разместил в саркофаге в родовом склепе. Рядом со мной в этот день были Асгард и ещё пара близких друзей.

Меделин решила остаться в замке, хотя я позволил ей поехать со мной в Эссен. Она сослалась на плохое самочувствие и призвала к себе магистра Кастора. После выкидыша она часто обращалась к его помощи. Но я не замечал, чтобы Меделин особо страдала. Она, как будто, даже испытывала облегчение. Несколько раз за эти дни я замечал на её лице улыбку, которая вмиг гасла, когда на пороге появлялся я.