Развод с драконом, или Гиблое поместье попаданки

— Какой кошмар! — епископ застонал на весь зал. — Я не потерплю эту проклятую женщину в священном месте! Уведите её прочь отсюда! Я не позволю ей принять монашеские обеты, пусть Его Величество даже не умаляет!

Крик епископа ещё долго звенел в ушах, но я готова была терпеть любые вопли. Главное, что я смогла избежать пострига в монахини и теперь могу паковать чемоданы в изгнание: далекое и такое безопасное.

В сопровождении матери Кенделен я вышла на улицу. Прижалась спиной к стене, переводя дух. Слабый вечерний ветерок подул в лицо, пошевелил волосы.

— Теперь тебя изгонят из страны, — проговорила женщина, строго поглядев на меня.

— Я знаю, — кивнула я.

Спустя месяц постоянного страха, что меня вот-вот разоблачат, я наконец смогу свободно уйти и просто жить. Пусть и в изгнании — мне многого не надо.

— Ты специально это устроила, Аннет, — сказала мать Кенделен.

Я вскинула на женщину тревожный взгляд.

— Смело, — кивнула она, и я поняла, что она не сердится.

— Риск того стоил, я должна уйти, — проговорила я откровенно.

— Я буду молиться, чтобы Рейгард не наказал тебя сильнее положенного.

Не успела я перевести дух, как меня окружили: епископ со своими помощниками, а с ними ещё и откуда-то взявшиеся солдаты с собаками. Радость вмиг рассеялась. Что им ещё надо?

— Вы переезжаете в дом для паломников до проведения ритуала развода! — гневно прорычал глава аббатства.

— Давайте проведём развод прямо сейчас? — проговорила я, вытягивая руку с меткой. — Зачем ждать утра? Я готова отправиться в изгнание.

— Ты — нечистая! — прошипел епископ. — Никаких ритуалов с нечистью ночью я проводить не буду! Заприте её до утра! — старец кивнул солдатам.

В душе всколыхнулась паника. Утром моя метка и сама сойдёт, Рейгард ощутит боль и прискачет. Бежать отсюда надо немедленно!

Меня повели под охраной солдат к каменному дому, примыкающему к высокой стене аббатства. Я жадно осматривалась вокруг, думая, как бежать, потому что побег придётся совершать этой ночью.

— Я могу забрать себе свою собачку и тёплые вещи? — попросила я охранников.

Кенди оставить было невозможно, она очень привязана к Аннет, и, оставшись одна, просто не выживет.

Скоро мне принесли мою сумку и передали в руки дрожащий розовый комок. В створ раскрытой двери я увидела, как Гвен садится в экипаж, и её увозят.

— Вашу служанку спросили, хочет ли она отправиться с вами в изгнание, она отказалась, — фыркнул один из охранников, увидев, что я провожаю взглядом карету.