Путешественник по Изнанке (СИ)

— Форсварар, я вас немного знаю, но за это время понял, что вы умный и адекватный человек…

— Я не просил давать мне оценку, Матвей.

— Я к тому, что чего тут говорить? Думаю, вам уже все передали эти… Раннагар и остальные. К своему стыду, я даже не удосужился узнать их имена.

— Гедденар и Осмус, — ответил правитель, будто это имело хоть какое-то значение. Я все равно не знал, кто из них кто. — Мне важно, как и что расскажешь именно ты.

— Ну ладно…

У меня даже не возникло желания начать повествование с «Мне эта школа сразу не понравилась».

Ну и о прочих оказиях моей невезучей жизни. Потому что собеседники были разные. В первом случае — воевода, который и не думал меня ругать. Сейчас — правитель, чей город каждый день добивался своего права существования под этим солнцем. Дурацкое выражение, тут и никакого ведь солнца нет."

"На какое-то мгновение мне показалось, что Форсварар даже уснул. Настолько он не интересовался всем, что я рассказывал. Вернее, я привык, что задают какие-то наводящие вопросы, поддакивают, хотя бы хмыкают.

Форсварар же сверлил меня суровым внимательным взглядом, совсем не шевелясь. Да еще его хист давил сверху.

В общем, чувствовал я себя довольно некомфортно. В моем обновленном топе «Того, чего бы я больше никогда не хотел делать» разговор с правителем твердыни Фекой вышел даже на первое место. На втором были непродолжительные отношения с Лидкой с параллели, которая трахала мне голову больше, чем все остальное. А на третьем банановое пиво, щедро предложенное Костяном. Справедливости ради, банановое пиво было близко к тому, чтобы одолеть Лидку.

Потому что эту сумасшедшую я почти забыл, а при воспоминании о вкусе крафтового дерьма меня до сих пор передергивало.

Когда я закончил, Форсварар поднялся и подошел ко мне вплотную. Словно с его места я мог что-то не услышать.

— Я верю тебе. И считаю, что ты поступил правильно. В противном случае, вы бы все умерли. Много смертных гибло рядом с Безумным во время инициаций. Таково бремя его хиста.

— Вы об этом знаете и так спокойно говорите?

— Все об этом знают.

Но это единственный способ стать рубежником. Других твареловов у нас нет.

Форсварар покусал губы и стал говорить, медленно поднимая руку для рукопожатия.

— Но я против того, чтобы ты ушел прямо сейчас. Потому что не хочу, чтобы между тобой и Анфаларом была какая-то недосказанность или обида. Я очень прошу тебя дождаться, когда он придет в себя. Наш лекарь работает с ним. Думаю, это случится скоро.

И руку не убирает, гад.