Путь серебра

– Это значит, что Грим и правда мертв? – Хельги взглянул в морщинистое лицо своего верного соратника, будто его устами говорил Один.

До сих пор в душе его тлела последняя искра надежды. Но нет – в судьбу их вмешалась неумолимая сила и принесла невозвратные потери."

"– Выходит, так, – медленно ответил Карл. – Горюю о том немногим меньше тебя – я сам сосватал его в мужья моей внучке, а теперь, выходит, она уже вдова… Не было моим рукам счастья в этом деле…

Хельги собрал руны с платка, опустил обратно в мешочек и снова перемешал.

– Ответьте мне, Один и норны, – зашептал он, подняв мешочек ко рту. – Откуда вернется ко мне сила, удача и счастье? Какими путями придет?

Он еще раз осторожно, будто перебирая нити родовой судьбы, тряхнул мешочек, выудил по очереди три руны и выложил перед собой. Перевернул первую и снова вздрогнул – теперь уже от радостного потрясения. На ладони его был знак, очертаниями напоминающий о женской груди. Руна Беркана – Береза, посланница богини Фригг, и через нее богиня обещала ему свою помощь.

– Это женщина! – охнул Карл, потянувшись ближе к князю над белым платком. – Женщина принесет нам удачу!

Взгляд Хельги невольно метнулся туда, где стояли три женщины его семьи – сами как три норны у Ясеня, пожилая и средних лет – в покрывалах замужних женщин, а третья – дева с золотой косой. Взгляд его задержался на Брюнхильд. Она стояла, как валькирия, вырезанная на поминальном камне, прямая и гордая, с узлом золотых волос на затылке, откуда до пояса спускался пышный хвост, в накидке белой шерсти, и величавый взгляд ее, устремленный вдаль, будто искал восьминогого коня, на котором возвращается из битвы сам Властелин Ратей.

«Будет могучим наследник, сильным он вырастет, всех превзойдет…» – сами вспомнились слова из песни руны. Все казалось ясным: Брюнхильд выйдет замуж, у нее будет могучий сын… Возможно, он и сделается тем наследником Хельги, в котором он нуждается, придет на смену погибшему…

Хельги зажмурился – свет будущего бил в глаза, слишком слабые для божественного видения.