Проводник Хаоса. Книга 10 (СИ)

Человек окунулся в концентрированное пламя стихии монстра. Ощущения были, будто он нырнул в бассейн с лавой.

С этого момента счет времени пошел на секунды, прежде чем агрессивная стихия приведет его к гибели. И тем не менее, Игнат контролировал себя. Средоточие силы и разума монстра он ощутил сразу. Оно находилось в наиболее защищенной части скелета — в центре черепа.

Подчиняясь, Веном тут же понес своего хозяина в сторону цели. Симбионт и человек быстро теряли силу и плоть, но не отвлекались на это.

В это время монстр, ощутив их движение, похоже, испытал страх. Он забился, словно в припадке, желая вытряхнуть незваных гостей. Плотность энергии только выросла, но было уже поздно.

Рывком Веном втащил Игната в черепную коробку. В её внутреннем пространстве находилось средоточие монстра. Это был энергетический источник и вместе с тем сложнейший конструкт, являющийся вместилищем разума и духа твари.

Не теряя ни секунды, Игнат с удовольствием ударил по нему аспектом света.

— Р-А-А-А-А-А-А! — ментальный крик, переполненный яростью, болью и страхом, разлетелся во все стороны.

Монстр забился, словно припадочный, но теперь это походило на жест отчаяния. Не обращая внимания на его трепыхания, Игнат ударил еще несколько раз, нанося противнику тяжелые повреждения. Сейчас он мог бы убить его, но не для этого мужчина пережил столь тяжелую схватку.

Он продолжал безжалостно жечь средоточие, вместе с тем соизмеряя силу, чтобы не нанести летальный удар.

Несколько томительных секунд шла эта борьба. Зверь пытался расщепить Игната своей энергией, а тот наносил безжалостные удары по его средоточию. И все же ситуация была решена, ведь человек получил доступ к ахиллесовой пяте своего противника. И в какой-то момент он ощутил в ментальном фоне, что монстр сдал.

«Эй, ты! — обратился он к нему через мыслеобразы. — Или ты прекращаешь борьбу, или я тебя все же уничтожу!»"

"Доказывая свою решимость, он усилил атаку беспощадным светом.

Игнат тут же вздохнул с облегчением. Он пережил эти мгновения благодаря закалке на стихии Жизни, которая давала ему просто безумную выживаемость. Однако это не значит, что ему было легко.