Проданная врагу. Вернуть истинную

Главное, чтобы к тому времени тёмная полоса моей жизни завершилась. Будет сложно постоянно куда-то бегать с младенцем на руках. Но, конечно, если приспичит, придётся снова убегать.

Не знаю, наверное, пребывание в Доме Кровавой Луны сильно меня испортило. Кто знает, сколько их ещё будет?

Пока я сидела и отдыхала, возвращается Валфрик.

– Всё хорошо? – он проходит мимо и садится у камина, чтобы развести огонь. – Хочешь, я принесу одеяло? Немного поспишь.

– Неси, но ещё я хочу помочь с поисками, – отзываюсь я.

– Я не трогал их. Несколько охранников погибли, скрывать не буду, но ни Айкена, ни его отца и уж тем более сестру я не трогал. Но, знаешь…

– Что такое? – я резко выпрямляюсь.

– Когда на наш замок напали, я видел среди людей Сидда солдат с символикой твоего дома.

– И… что это значит?

– Что Аелл, скорее всего, сейчас ходит под знаменем Кровавой Луны. Фактически он сдал свой Дом врагу.

Я опускаю взгляд. Если так, то… я не завидую нашим людям.

– Мы… можем что-то сделать? Вал… там столько людей… Я понимаю, что это не твоя забота, но всё же…

Он отходит от камина и садится на пол передо мной. Берёт мои руки и целует тыльную сторону ладоней.

– В первую очередь нам нужно избавить тебя от метки. Кто знает, возможно, одновременно с этим мы найдём и способ, как помочь твоим людям.

Я не успеваю ответить.

– Как твоё самочувствие? – спрашивает он, когда я застываю, читая корешки. – Ребёнок… не слишком осложняет?

– Нет, – убираю локон за ухо. – Он же ещё совсем маленький.

Валфрик шагает ближе и, спросив разрешения взглядом, накрывает ладонью мой живот. От его руки идёт приятное тепло, и я невольно улыбаюсь.

– Славно. Зря я не забрал тебя ещё осенью.

– Я сама отказалась.

– А я должен был настоять, – он обнимает меня и тянется поцеловать.

В этот миг перед глазами возникает беловолосая девушка, и я отстраняюсь. Сердце колотится быстро-быстро, сама не знаю, что меня так напугало.

Я же столько раз целовала его в прошлом, тянулась к нему, искала близости, а теперь медлу нами стена из страхов и сомнений.

Валфрик хмурится, но не настаивает.