Притворись влюбленной

Я даже счистила зеленые следы от травы с босоножек, а если никто не станет присматриваться, мои пятифунтовые очки сойдут за Dior или вроде того.

В приглашении было сказано: «дресс-код – повседневный», но, полагаясь на рассказы Гарри о своих коллегах (и на то, что я успела узнать о его друзьях), я решаю исходить из самого упоминания дресс-кода, а не из спасительной «повседневности».

Гарри картинно вздыхает и наклоняет голову, глядя поверх солнечных очков; глаза у него сияют, и он смотрит на меня с улыбкой:

– Ты надела большие утягивающие трусы? Не искушай меня, Софи, мы и так опаздываем.

Он протягивает руку, пальцами касается голого бедра возле разреза на подоле и лезет выше. В животе у меня разливается тепло, и я испытываю соблазн: пусть продолжает, посмотрим, к чему это приведет, – но все же убираю его руку, пока нас совсем не занесло. Гарри подмигивает мне и обещает:

– Вернемся к этому позже, – а потом, смеясь, заводит машину и выезжает на дорогу.

Я знаю, что он не мой парень и что все это притворство ради нашей легенды, удобной нам обоим, но любая девушка привыкает к такому отношению.

По пути я донимаю Гарри расспросами о тех людях, к которым мы едем, но сейчас он не так щедр на рассказы, как это было с Аннабель и их общими друзьями. Я не сдаюсь, пытаясь что-нибудь у него выведать, но он прерывает меня громким смехом.

– Я пошутил насчет того, что они сожрут тебя с потрохами. Ну… Почти пошутил. Они не станут тебя допрашивать.

– Но я же твоя… Я твоя девушка.

– Это я должен знать подробности, – говорит он с таким нажимом, словно поправляет меня. Он перестраивается на другую полосу шоссе, а затем косится на меня – не стыдливо даже, а как-то обреченно. – Как я уже сказал, они друзья Луизы. Я могу, если нужно, поддержать разговор с этими людьми, но в основном мы с ними ведем обычные офисные беседы – ничего больше. Я не могу сказать тебе, у кого из них какой любимый фильм, в какую школу ходят их дети и куда они ездили отдыхать этим летом…

– Но это и есть темы для офисных бесед, – говорю я.

Я даже знаю, какой любимый фильм у Айзека. (Не устаю удивляться: «Гордость и предубеждение» 2005 года с Кирой Найтли.)

Гарри склоняет голову и признается:

– Значит, не так уж они мне и нравятся, иначе бы запомнил.

– Если они тебе не нравятся, зачем мы к ним едем?

– Было сложно отказаться.