Пышка для генерала драконов, или Слава кабачкам! (СИ)

Кабачки, конечно, росли довольно быстро, и у нас появились первые средства, но их всё равно очень мало. Для хороших продаж нужна реклама, а выход в свет требует больших денег. Пока получалось, что я лишь отбила вложенное, но хотелось прибыли. У меня крыльцо скоро обрушится, крыша протекает, сарай укрепить надо…

Так, на всякий случай. Поэтому новый доход упускать не хотелось."

"— Когда это? — подобралась, собираясь отстаивать своё имущество. — Вы, наверное, что-то не так поняли, господин.

— И очень вовремя это сделали, — Кает хитро сверкнул глазами.

— За что? — искренне возмутилась я.

— Будь здесь генерал Карающего меча, он бы объяснил вам, что проезд по центральным улицам Реинхилда на средстве передвижения, работающего на магической тяге, строго воспрещён, — торжественно заявил губернатор и посмотрел поверх моей головы: — А вот и он! Лёгок на помине.

У меня похолодела спина. Как же неудачно всё складывается! Приехала мачеха, и меня вот-вот разоблачат, а Стац, которого я так хотела увидеть, явился в самый неподходящий момент.

Я схватила за руку Бригитт, широко улыбающуюся приближающимся гостям, и прошептала на ухо:

— Хотите одержать окончательную победу над подругами?

Женщина жадно посмотрела на меня.

— Как?

— Угостите их фаршированными цветами иномирной ягоды, — предложила я. — Как чувствовала, что пригодится и привезла с собой немного.

Вообще-то это был запланированный рекламный ход, я собиралась раздать «пробники» богатым леди из столицы, чтобы в будущем выйти на новый уровень, но с учётом последних событий пришлось отступить.

— Одэллия, вы просто чудо! — Лицо женщины осветилось от счастья. — Где гостинцы? В карете? Я пришлю служанку, передайте ей.

— Хорошо, — облегчённо выдохнула я.

Бригит подняла руку, и к нам подбежали слуги, которые сопроводили меня к тыкве. Я подхватила корзиночку и, прощаясь с нашим огородным пугалом, погладила дверцу.

— Идите без меня, я немного подышу свежим воздухом.

Слуги удивлённо переглянулись, поскольку свежим воздух, в котором витали ароматы навоза, было назвать трудно, но спорить не осмелились. Я же, прощаясь с надеждами на этот бал, собиралась тихонько сбежать и, приподняв юбки, направилась через конюшенный двор к простым деревянным воротам.

Голоса таяли, и веселье оставалось позади, и на душе поселилась грусть.