Принц Дома Ночи

Увидев виноватое выражение на лице брата, он не сдержался и воскликнул:

– Ты совсем рехнулся! Времени отметить ее ты не нашел, зато уже успел травмировать?!

– Может, хватит обсуждать меня в моем же присутствии? – возмутилась Кристина. – Я человек, а не домашний питомец!

– Прошу меня простить, – тут же извинился Дубар, – но мне кажется, мой брат сошел с ума, так недопустимо с вами обращаясь. Вам надо как можно скорее вернуться на Зеймах, где вам окажут помощь.

Увидев, как потемнело лицо шелани при этих словах, он вопросительно посмотрел на Ворана.

– Кристина все еще не хочет возвращаться. Я связался с Димитриусом, который как раз здесь читает лекции, через пару дней он обещал помочь и заняться нами.

– Но почему? – удивился Дубар."

"– А чему вы удивляетесь? – ответила она. – Я понимаю, почему Воран прилетел за мной – только я могу родить ему ребенка, но ради чего я должна хотеть туда возвращаться? На Земле я могу строить свою жизнь, как сама того желаю, и не понимаю, почему я должна быть счастлива подчиняться Ворану.

Дубар даже потерял дар речи.

– Это еще не все, – спокойно сказал Воран, – когда я не сдержался и применил воздействие, она выстояла.

– Но как же, а это?.. – растерялся Дубар, подразумевая непереносимость прикосновений.

– Это случилось уже позже.

– Но такого еще не бывало!

– Моя шелани необычна во всем, – с горечью и толикой гордости произнес Воран.

– А вы не думали, что здесь оставаться опасно? – внезапно спросил Дубар.

– Почему это? – удивилась Кристина.

Воран же серьезно задумался, обменявшись с братом понимающими взглядами. Обсудить это не получилось, так как к дому подъехала машина – прибыл Робин, и пора было выезжать.

«Дьявол, почему же я сам об этом не подумал! – распекал себя Воран. – Вероятно, у них с шелани не так уж много времени в запасе. Как же ее в этом убедить?»

Глава 6

Я медленно просыпалась. Мне было настолько уютно, что делать это абсолютно не хотелось.

Вчера Воран уперся насмерть, отказываясь спать на диване, назвав его такими эпитетами, из которых «место пыток» было самым цензурным.