Пряник с черной икрой

 – А Васькин существует?

– Сергей Иванович умер несколько лет назад. Семьи не имел. Был когда-то женат, супруга скончалась, попала в аварию, – объяснил Вовка. – Подробностей не знаю, да они нам и не нужны. После кончины жены Васькин жил один, работал шофером-дальнобойщиком. Причина его смерти – инсульт.

– Значит, кто-то взял паспорт умершего водителя и арендовал мини-вэн, – протянула я. – Затем приделал надпись, приехал в наш дом, чтобы чем-то заняться в квартире Реутовой. Но, по словам Наташи, «Иван» появлялся регулярно.

– Не знаю, – сердито ответил Костин.

И тут в кабинет вошел Макс.

– Венькин погиб.

– Вроде он просто умер, – удивилась я.

– Верно, – кивнул муж, – скончался в больнице.

"– Ты про какого Венькина говоришь? Про отца или сына? – уточнила я.

– Веду речь о Юрии Петровиче, – пояснил Вульф. – Петр же Юрьевич, завещав сыну квартиру, давно ушел на тот свет. И в его кончине нет никакого криминала, он долго болел. А вот Юрий угодил под автомобиль. Шофер с места происшествия скрылся. Предположительно все случилось в пять утра. Прохожих на улице не было. Да еще место глухое, около Тимирязевского лесопарка.

– И что Юрий делал там в столь ранний час? – удивилась я. – Живет-то он в центре, у метро «Белорусская».

– Может, решил какую-то орхидею выкопать? – предположил Костин. – У меня есть приятель, цветовод-любитель, так он вечно где-то растения ворует. И частенько говорит: «То, что ты спер, потом отлично приживается, растет, цветет и колосится». Примета у тех, кто ромашки-незабудки выращивает, такая: надо именно спереть лопух, тогда он много лет у тебя проживет в прекрасном состоянии.

– Ромашки-незабудки-лопухи сами по себе появляются, – заметила я. – И сейчас осень, цветов уже нет.

– Подозреваю, что в Тимирязевском лесу орхидеи, коими интересовался Венькин, не растут, – отрезал Макс, – думаю, им нужны особые условия.

– Наверное, в том районе живет женщина, с которой у Юрия был роман, – предположила я.

– Он говорил, что одинок, – напомнил Костин.