Презренная госпожа. Леди-попаданка в деле (СИ)

Все мы однажды перейдём через грань. Но кощунники долго не живут, поверь мне, — процедила гневно.

— О, похоже, кое-кто нахватался ереси от продажного священника! — не унимался Генри. — Что, уже и преподобного хотела окрутить? Думаешь, я не знал, что ты была у него в доме накануне?

Вдруг Генри прищурился.

— А может, ты вообще была в сговоре с ним, а?

Как хотелось рвануть и просто расквасить ему нос одним ударом. Я уже почти собралась, но вдруг позади послышался грубый голос Джонатана. Вздрогнула, услышав его. Как я не заметила мужчину? Старею, наверное.

— Не выдумывай, Генри, — бросил Джонатан раздражённо. — Если бы она была на их стороне, то не перерезала бы глотки тем пятерым.

— Да кто её знает, — фыркнул Генри презрительно. — Могла сделать это для отвода глаз.

— Горцы предательства не прощают, — Джонатан гнул свою линию. — Поэтому хватит. У нас и без ваших ссор полно проблем.

Он посмотрел мне в глаза жёстким взглядом.

— А ты, — добавил он, — не лезь не в своё дело. Трупы мы сожжём, так и знай.

— Что вы с ними не поделили? — спросила холодно. — Почему они нападают на вас?

— Это не твоё дело, — ответил Джонатан и указал на дверь.

Что ж, уйду, — подумала решительно. — Но это ненадолго. Однако прежде заберу тело Ксандера и предам его земле.

Глава 18. Дальнейшие планы…

Тело Ксандера исчезло. Внутри меня закипела ярость. Я стояла у будущего погребального костра, гневно сжимая кулаки.

— Где он? — закричала так громко, что солдаты вокруг вздрогнули. — Где тело преподобного?

Они лишь недоуменно переглянулись.

— Простите, госпожа, мы не знаем.

— Неужели никто не охранял тела погибших? — допытывалась я с досадой, хотя понимала, что допрос бесполезен.

— Зачем их охранять? — солдат удивился. — Это никому не нужный мусор.

Ярость, продолжавшая клокотать внутри, обжигала огнем. Неужели муж всё-таки обвёл меня вокруг пальца, забрал тело преподобного и не позволит похоронить его как следует?

Для меня это было важно: достойные похороны могли выразить моё сожаление, боль, глубину неожиданно свалившихся чувств и поставить в этих чувствах точку. Я страстно желала вместе с могилой закопать безумие своего сердца и попытаться преподобного забыть…"

"Но ничего не вышло.