Презренная госпожа. Леди-попаданка в деле (СИ)

В душе, как обычно, вспыхнула тоска, но я тут же подавила ее. На столе лежали книги и свитки преподобного, как будто он вышел всего на минуту назад и должен был вот-вот вернуться. На подставке стояла небольшая деревянная скамья, а на ней висел его старый верёвочный пояс. Здесь сохранился даже запах — слабый аромат трав, которые он постоянно заваривал в виде чая.

Но что-то вызвало у меня тревогу.

Я медленно обвела взглядом комнату и наконец поняла, в чём дело: белоснежной туники, которую он надевал на последних службах, не было.

Кто мог взять ее? Слуги не трогали вещи священника все эти недели, считая это место неприкосновенным.

Я тряхнула головой, прогоняя дикое чувство утраты. Сейчас не время думать об этом.

— Итак, где же дверь? — прошептала себе под нос.

Из этой комнатки можно было попасть вглубь храма. Ксандер часто пользовался этим ходом, чтобы подготовиться к служению.

Я отошла от стола и осмотрела стену. Если правильно помню, дверь должна быть где-то у стеллажа.

— Ах, вот она!

Лёгкое нажатие — и панель приоткрылась с мягким скрипом. За ней открылся узкий проход, ведущий вглубь храма.

Я глубоко вдохнула и вошла внутрь, прижимая меч к боку.

Передо мной потянулся темный коридор, на потолке поблескивала паутина. Он вёл прямо к главному залу. Ступая осторожно, почти бесшумно, я устремилась вперед. Но внезапно до моего слуха долетели обрывки чужого разговора. Два мужских голоса, и один из них был слишком знаком.

Сердце дрогнуло от внезапного облегчения. Ворон жив!

Но с кем он говорит? Слова звучали приглушённо, и разобрать их было сложно. Наконец я добралась ко второй двери, ведущей в зал.

Приложив ладонь к холодному дереву, осторожно приоткрыла ее, стараясь не издавать ни звука. Через узкую щель слова доносились отчётливее.

— А вы, как всегда, проницательны, Ваше Величество! — раздался знакомый насмешливый голосистый Ворона.

Король?!

Ворон знаком с королём?

Я вжалась в дверь, стараясь справиться с нахлынувшим волнением.

Вопросы роились в голове, как потревоженный улей. Я приоткрыла дверь ещё чуть-чуть, чтобы разглядеть, что происходит.

Обстановка храма была обычной. Мебель и все храмовые атрибуты тонули в полутьме.