Предательство между нами (СИ)

— Что ты вздумал, Виктор? Какого хрена мне твоя жена звонит в слезах и говорит...

— Бывшая жена, — перебиваю я холодным тоном. — И мне плевать, что она тебе наговорила, отец. Давно хотел развестись... Вот, наконец удалось мне избавиться от тех наручников, которыми я собственноручно себя приковал и несколько лет не мог избавиться.

— Новую игрушку себе нашел? — пропускает мимо ушей он мою реплику.

— Игрушку? Пап, ты переходишь все границы. Лезешь туда, куда не следует лезть. Я не устраивал тебе допрос, когда ты нас с мамой оставил и ушел к своей «игрушке», — делаю акцент на последнем слове.

— Не впутывай меня в свое дерьмо, Виктор. Речь идёт о тебе! Значит, Оксана была права... Ты развелся с ней из-за ребенка? Из-за того, что она родить тебе не смогла?

— Что за бред? — откровенно смеюсь я над его словами.

В той стороне трубки раздается звенящая тишина. Останавливаюсь на светофоре и смотрю на наручные часы, мысленно прикидывая, когда доеду до дома матери.

"— У тебя будут серьезные проблемы, Виктор. Владимир тебя просто так не оставит в покое.

— Пусть о своей дочери заботится. И да, он не посмеет ко мне лезть. Я Оксане откровенно дал понять, что у меня есть доказательства того, что Смирновский не чист. Так что... Пусть головой думают прежде, чем лезть ко мне.

— Не смей, Витя.

— Я все сказал, отец. Больше не тревожь меня по этому поводу. Будь добр! — вырубив звонок, бросаю телефон на соседнее сиденье.

Останавливаюсь у цветочного магазина, покупаю сразу три букета. Для мамы, Маши и, конечно же, Алевтины Николаевны.

Уже через час захожу в дом. Нахожу маму на кухне, вручаю ей цветы, затем тете Алевтине.

— Мы тебя заждались! — говорит мама, обняв меня. Потом отходит и в бутоны носом утыкается. — Ух, как пахнет. Спасибо, родной.

— Спасибо, Витя. Очень приятно, — с широкой улыбкой произносит женщина, глядя на меня наполненными слезами глазами.