Отряд «Авангард»: Клинок пери. Багровая графиня. Тёмный Наследник

Но он все же вернулся, и это весьма странно.

– Где же он остановился? – спросил Василевский.

– В данное время он живет в президентском люксе отеля «Тауэр Палас». Видимо, может себе это позволить.

– Мать Кривоносова была дальней родственницей семейства Сэнтери, стоящего во главе «Черного Ковена», – вспомнила Татьяна. – Мы знаем, что они забрали Аркадия к себе незадолго до тех жутких событий. А он сейчас приехал один или в сопровождении кого-то из своих родственничков?"

"– О Сэнтери мы давно не слышали, – ответил Владимир Михайлович.

– Хорошо. – Татьяна еще раз бросила взгляд на холеное, аристократичное лицо юного Кривоносова. – Но пока мы знаем лишь, что «Сефира» поглотила несколько компаний, в том числе и «Персей».

– Может, и было, но они умело это скрыли. Надо попробовать выяснить, чем они вообще занимаются, – предложил Антон. – Какие у них интересы в Санкт-Эринбурге.

– Попробуйте, – кивнул Владимир Михайлович, – но только тихо и незаметно. Мне интересны ближайшие цели молодого Кривоносова. Насколько я помню, когда пал «Экстрополис» и все их темные делишки открылись, в центре событий оказался Никита Легостаев. Не хотелось бы, чтобы у парня снова начались неприятности.

– Немного приболел, – тут же ответила Татьяна. – Решил отлежаться денек дома.

– Надеюсь, ничего серьезного, – нахмурил брови Мерзликин. – Все вы нужны мне крепкими и здоровыми.

В кармане куртки Василевского завибрировал мобильник. Антон вытащил телефон и взглянул на дисплей.

– А вот и Никита, легок на помине, – сказал он и ответил на звонок. – Ну что, как здоровье? – громко проговорил Василевский в трубку. – Тут как раз Владимир Михайлович тобой интересуется.

– Здоровье получше, – сдержанно ответил Никита. – Но меня сейчас пытались убить…

– Что?! – вскочил с кресла Мерзликин.

У Татьяны изумленно распахнулись глаза.

– Я в порядке, – заторопился Легостаев. – Но все же лучше вам подъехать.

Он назвал точный адрес. Антон убрал телефон в карман и взглянул на Татьяну.

– Кажется, неприятности у Легостаева уже начались, – сказал он и сунул в рот леденец. – Если они вообще заканчивались…

– Поезжайте.