Предатель. Дочь от любовницы (СИ)

Последняя троица запыхалась и дышала тяжело и надсадно. И все вытаращились на меня так, как будто я была инопланетянкой, прибывшей из другой галактики.

А я ощутила себя такой уязвимой и одинокой, стоящей сейчас насмерть против целого мира, что от этого чувства даже слезы на глазах появились.

— Саша… ты с ума сошла? — выдохнул Игорь. — Что за ерунда? Что за ложные вызовы?!

Он начал кипеть негодованием, и оно передалось и мне.

— Какие ложные вызовы? — нахмурилась я. — Я никого не вызывала и ноль один не набирала.

— Саша!

Мое имя прозвучало одновременно из двух уст — мужа и свекрови. И столько в их голосах было ужаса, что мне даже захотелось нервно хихикнуть.

— Что — Саша? — сделала вид, что не понимаю, о чем речь. — В чем я соврала? Вон София! Твоя дочь от другой! Надрывается в комнате.

Девочка действительно рыдала взахлеб, и, как ни странно, мать Игоря не бежала скорее ее укачивать и проверять, не перегрелась ли она.

— Игорь Леонтьевич, мы вниз пойдем. Подождем вас там, — сказал один из пожарных, обратившись к Харламову.

Тот повернулся и взглянул на него так, как будто не понимал, что происходит и где он вообще находится.

— Не надо, Коль, — наконец, ответил Харламов. — Поезжайте без меня. Я буду часа через два.

Они ушли, и я вновь осталась наедине с теми, которые за коротких три дня стали для меня хуже, чем стая шакалов, ждущих, когда им перепадет кусок с чужого пира.

— Мам, успокой Софию, — велел Харламов Елизавете Николаевне.

Та тут же запричитала:

— Игорек, она у меня телефон утащила и заперлась! Я не знала, что она задумала!

— Успокой Софию! — рявкнул муж, и свекровь, недовольно поджав губы, удалилась. Тогда Харламов обратился ко мне, сказав: — Я сейчас все объясню, Саша… Не нужно думать, что таким образом я пытаюсь лишить тебя жилья…

4.

Я сложила руки на груди и, запрокинув голову расхохоталась. И пусть только попробует сказать мне, что я слишком шумно это делаю!

— А что мне, по-твоему, стоит думать, а?

В ответ на это Харламов осторожно, но настойчиво взял меня под локоть и провел в сторону кухни, дверь в которую запер за нами.

— Ты прописал сюда ребенка без моего ведома! — выдернув руку из его захвата, обвинила я мужа и отошла в сторону.