Правильный лекарь. Том 7

— Разрешите идти?

— Не разрешаю, — хмыкнул Обухов. — Что там с этими лекарями с Рубинштейна? Всё в порядке? Не ерепенятся?

— Да всё нормально, — улыбнулся я. — Прилежно учатся, лекции никто не пропускает, трудятся тоже ударно, не отлынивают. Пока обучаю, смотрю, кого можно к себе переманить, надо штат расширять.

— Правильно, расширяй, тебе это скоро понадобится, — загадочно улыбнулся Обухов. — А вот теперь можешь идти.

— Спасибо, до свидания, — сказал я, встал, поклонился и вышел из кабинета."

"Закрыв за собой дверь, я обернулся к секретарю, чтобы забрать сборник стихов.

Дмитрий Евгеньевич, скорбно вздохнув, смахнул слезу со щёки и протянул мне душещипательный томик.

— Я принесу его через несколько дней, — пообещал я ему. — Честно, я не забуду.

— Хорошо, Александр Петрович, — грустно улыбнулся он. — Буду ждать. Стихи просто замечательные.

— Полностью с вами согласен, — кивнул я, попрощался и вышел.

Томик стихов так и держал в руке, даже в портфель не стал убирать. Я всё никак не мог отойти от потрясения.

Оказывается, мой закадычный друг выдающийся поэт и скрывает это? Какие же на это причины? Очень надеюсь, что основная причина не я, но точно сыграл отвратительную роль в этой пьесе. А раз я испортил, значит я и должен исправлять. В первую очередь надо вывести Илью на откровенный разговор.

Чтобы не откладывать жизненно важное дело в долгий ящик, решил взять быка за рога и позвонил Юдину.

— Илюха, привет! — бодро начал я. — Чем ты там занимаешься?

— Планирую захват вселенной, — буркнул он.

— Не знаешь, где можно нанять космический флот?

— А если серьёзно? — не сдавался я, несмотря на явно неважное настроение друга.

— Бумагу сижу порчу, как ты говоришь, — хмыкнул он. — Вот ещё несколько листов испорчу, поужинаю и спать.

— Портить бумагу так, как делаешь это ты, одно из самых благородных занятий, — заверил я его. — Но я хочу тебя немного отвлечь, если ты не возражаешь.

— Ну попробуй, — хмыкнул он.

— Пойдём посидим в какой-нибудь кафешке, — предложил я. — Поужинаем, поговорим по душам.

— А ты меня случайно с Боткиным не путаешь? — с сомнением произнёс Илья.

— Нет, дружище, не путаю. Я учусь расставлять в своей жизни правильные акценты, — сказал я. Надо же как-то менять сложившиеся годами стереотипы о Саше Склифосовском. — А если ты мне поможешь, то я научусь гораздо быстрее.

— Ну, раз так, то ладно, — охотно согласился Илья. А я уж думал, что придётся ещё долго уговаривать. — Только вот что бы такого маме сказать.