Правильный лекарь. Том 7

— Ждал, пока ты усядешься, — хмыкнул я. — Если честно, я в культурном шоке, Илюх.

— Тебе что, не понравилось? — взвился он. — Блин, а мы так старались!

— Наоборот, — помотал я головой. — Мне очень понравилось. Вы большие молодцы. Я уже и посмеялся, и поплакал. Одного только не пойму, ты же буквально несколько дней как вступил в общество, когда ты успел выучить слова, когда вы репетировали?

— Пьесу я и так знаю наизусть, — после моей похвалы Юдин улыбнулся и расплылся по стулу. — А репетировали вчера до полуночи.

Один из актёров внезапно куда-то уехал, они уже хотели перенести спектакль, тогда я вызвался. Мне сначала сказали, что просто не успеем, что я не подготовлюсь, а когда я демонстративно начал шпарить весь текст подряд наизусть, согласились. Вон наш руководитель, кстати, он же редактор поэтического вестника.

Я посмотрел туда, куда указывал Юдин. Возле сцены стоял мужчина далеко за пятьдесят с седыми волосами, собранными в хвост, в длинном пальто и на шее повязан шарф, один конец которого свисал чуть ли не до колена.

Я почему-то именно так себе всегда и представлял настоящего поэта. Но Илья сказал, что он стихи больше пишет чисто для заседаний общества и настоящим поэтом себя не считает, скорее критиком. Да, быть профессиональным критиком и писать своё — две несовместимые вещи. Сам написал, потом сам же разобрал по косточкам и сам забраковал, листок в урну.

— А чего мы не уходим? — спросил я, когда переодевшиеся в нормальную одежду поэты стали рассаживаться в зале на свободные места.

— Что-то ещё будет?

— Да, — кивнул Илья. — Выступление декламаторов со своими стихами. — Для тебя это наверно не интересно, ты тогда можешь идти, я на такси домой доберусь.

— Ничего подобного, — ответил я. — Мне интересно послушать, так что не надейся от меня так быстро избавиться.

— Уверен? — спросил Илья, а у самого улыбка стала ещё шире.

— Абсолютно, — кивнул я. — Особенно тебя хочу послушать."

"Декламаторы по очереди выходили на сцену и с таким чувством читали стихи, что весь зал достал носовые платочки и регулярно ими пользовался.

Уж вроде я человек не впечатлительный, и то периодически глаза на мокром месте были. А уж когда Илья вышел декламировать, так тем более. Хлопал я ему громче всех. Когда Юдин вернулся на своё место, я как раз завершал борьбу с лишней жидкостью на лице.

— Ни фигасе тебя зацепило, — произнёс Илья, глядя на меня.

— Да ну тебя, Илюх, — отмахнулся я, убирая платок.