Позывной «Пантера»

А бойцы из спецкоманд поступают, как правило, без жетонов и документов. Подкидыш прослужил с ними не один год, девять месяцев отбарабанил в Чечне, на эмоциональном уровне мог ошибиться.

Вот в таком тоне и должна пройти беседа с начальником 124-й лаборатории. По-мужски прямо, без обиняков. Только так можно понять друг друга и найти истину. Признать ошибку – это тоже поступок. Благодаря Исмаиловой, информировавшей Сергея о ситуации в отдельных подразделениях ростовского окружного госпиталя, Марковцев мог рассчитывать на взаимопонимание с начальником ЦЛМКИ.

* * *Больше всего тронула Марковцева запись: «Обгорел до неузнаваемости». Запись, состоящая не из специфичных терминов, а «человечная».

Обгорел...

До неузнаваемости.

Опознан: лейтенант Колесников Антон Андреевич.

Обгорел... Опознан: лейтенант Филонов Виктор Николаевич.

Опознан: лейтенант Гарчихин Алексей Михайлович.

Еще одна, такая же запись, касающаяся «спецкоманды-10», еще одна и еще. И, наконец, последняя – акт о передаче тела в 632-ю лабораторию; до этого неопознанный труп пролежал в «похоронном» центре, имеющем в своем распоряжении просторный «холодильник» на 480 мест.

Почему в 632-ю, а не на идентификацию в 124-ю, Сергей понял без труда. Причина была и в нем, и в сестре Михаила Пантюхина, и в лейтенанте Найденове. Если кто-то из бойцов, посланных на задание, погибает на глазах другого и его товарищ может рассказать, где и как лежало тело, – к нему не применяют дорогостоящую процедуру идентификации. В конце концов, спустя месяц после доставки тел «спецкоманды-10» лейтенант Найденов, сверяясь с актами доставки, подписал акт опознания. Как и Марковцев, он помнил, что Пантюхин, прикрывая товарищей, выбрал себе место за бетонным фундаментным блоком; согласно записям, именно там нашли одно тело, предположительно принадлежащее российскому военнослужащему. Хотя тел на территории диверсионного центра полевого командира Давлатова хватало. Мертвые чеченцы, арабы, латыши, украинцы, татары, башкиры. .. Больше двухсот человек. Одеты кто в униформу армейского образца, а кто – образца НАТО.

Последнее слово осталось за представителями спецотдела СКВО и 54-й военной прокуратуры. Они сказали, что все понятно, не стоит тянуть резину с опознанием тел спецкоманды.

Начальник 124-й лаборатории сказал Сергею, что не исключает ошибки, «случались и не такие заморочки», порой умудряются перепутать тела с жетонами, с бирками воинской части и документами в кармане.