Позволь нам случиться

И тут обрушиваются злые мысли — какого хрена у меня такая реакция на Колю? Стечение обстоятельств?

Только какие это должны быть обстоятельства, чтобы у меня наливался хер на парня? Нет таких обстоятельств.

Да, он женственен, но в Европе таких тысячи, ни один не задевал меня так, как помощник. Он кроток, послушен, исполнителен — набор отличных рабочих качеств. Вот только у меня раньше даже мысли не возникало о служебных романах с сотней таких же исполнительных и послушных работников.

Что еще есть в нем такого, что поднимает во мне инстинкты животного?

В момент, когда я стоял в дверях его спальни, окидывал взглядом хрупкую фигурку, завернутую в полотенце, то готов был все зубы оставить под залог, что передо мной молодая еще девчонка.

И себя. Я не мог спрогнозировать свою реакцию на него. А если бы меня повело от похоти, и я воспользовался своим положением?

Уподобляться Разумовскому совершенно не хотелось.

Что? Что нахер?! Нет. Решать буду я, а Коля останется.

Нет, не так. Мне сначала надо решить, останется ли Коля.

— Обними меня.

Так просто, но парень колеблется. Я и раньше замечал его зажатость и отстранение от физического контакта, но сейчас мне необходимо было пересилить его и обнять. Мне необходимо понять, что я чувствую, когда сжимаю его в объятиях.

Две минуты препирательств и я насильно прижимаю его к груди и охаю от предательской слабости, обнять его сильнее, до хруста в костях, зарыться носом в короткую шевелюру, вдыхать этот предательски женственный запах кожи.

Сука, от похоти повело сознание. Я оттолкнул его и отправил спать, а сам… Сам должен понять, готов ли я переступить границу табу с ним? Сейчас, когда аромат его кожи еще держится на моей рубашке, когда голову кружит от желания, а член подрагивает, наливаясь и тяжелея, граница уже не кажется такой непреодолимой.

Если накачать его и накачаться самому…

Я откинул голову и заржал, в шоке от хода своих мыслей.

Стоп, парень. Ты нормальный мужик, у которого еще стоит на нормальных девок. О чем тут нахрен думать?

Коля мой работник, вот пусть, твою мать, работает. А я… Я выбью из себя эту дурь. И больше ни разу не притронусь к парню и не зайду в его комнату.

Вот и решение. К херам всю толерантность и распущенность. Это не моё. Это против меня.