Позволь нам случиться

По утрам ходил с Льюисом по острову, обрабатывал участки от змей и ядовитых тварей. Потом завтрак с семьей Кельмера, где поневоле заряжался энергией Яны и ловил влюбленные взгляды Игоря на жену.

В самый солнцепёк все расползались по домам. Игорь пару раз звал с собой на материк, смотаться на вертолете, показать шахту, но потом забил, забирал с собой маленького сына, иногда старшую дочь Аню, и улетал. А я до вечера уходил к себе, включал все три лэптопа и с остервенением отслеживал акции и компании, на которых мог сделать ставку со своим нехитрым капиталом.

Ближе к трем Яна с Лидией Павловной собирали всех на легкий обед, после которого все шли к океану.

Нереальное удовольствие и приятный круг общения. Тем нашлось много, хотя я был уверен, что смогу говорить только с Игорем и только по акциям и биржевым сводкам. Однако Яна с удовольствием подключалась к беседам про коммуникации и руководство коллективом, рассказывала много про дизайнерские тренды, курсы и ювелирные дома.

— А что это у тебя за колечко?

Я вздрогнул, когда ко мне подошла Аня и протянула руку к кольцу Кати, всегда висевшему на цепочке под футболкой.

— Это кольцо Ка… моей невесты, — выдавил я, оглядываясь в поисках поддержки родителей. Те знали, насколько я не привык иметь дело с детьми, но не спешили помочь и отвлечь Аню.

— Ничего подобно, Ёжик, это колечко моей мамы! Ма-ам! У Ёжика твоё колечко!

Я недоуменно оглянулся на Игоря:

— Ёжик? — пусть Анюта была еще маловата, но говорила довольно внятно и на трех языках.

— Не обращай внимания, Алексей, — засмеялась Яна, с интересом поглядывая на реакцию мужа. — Она иногда сокращает имена до уменьшительно-ласкательных.

— Но Ёжик? Это скорее кличка, — все еще не догонял я юмора Кельмеров.

— Лёшик, Бергер. Это просто Лёшик в исполнении моей Аньки.

Лёшик, нахрен!

После первого контакта, Аня стала смелее брать меня в оборот. Теперь на завтрак я шел в сопровождении юной леди, увлеченно рассказывающей мне про свой сон, каждый раз разный. Неужели ей сны каждую ночь снятся?

На пляже после обеда она все чаще подбегала ко мне и поливала морской водой принесенной в ракушках. Яна смеялась, а Кельмер раздражался.