Позор рода, или Выжить в академии ненависти

А ты бьёшь какую-то оборванку в священной крепости Бога-дракона. Решили выставить себя на посмешище? В очередной раз.

Какую-то оборванку? Он даже не узнал меня?

Словно в подтверждение моим мыслям, Майрок Флейм просто наклоняется и хватает меня за шкирку, как котёнка. Поднимает, словно я ничего не вешу, и ставит на ноги. Он даже не считает меня достойной того, чтобы подать руку.

В какой-то момент он легонько касается кожи на моей шее. Всего доля секунды. Но меня обжигает этим касанием так, что кажется там теперь ожог.

— Как ты смеешь меня трогать, ублюдок? — я задираю голову и смотрю Майроку в лицо, покрытое двухдневной жёсткой щетиной.

Он высокий. Метра два ростом. И настолько широкий в плечах, что я таких мужчин не видела в жизни. Под чёрной формой перекатываются стальные мышцы. А ведь ему всего двадцать пять, а выглядит куда внушительнее всех присутствующих. Его аура жесткой и грубой силы буквально давит на плечи.

— Закройся, не забывай, кто перед тобой, оборванка, — коротко бросает Майрок и снова поворачивается к дяде.

Он убил моего отца.

Разрушил мою жизнь.

Благодаря ему я сейчас признана ущербной.

Но я для Майрока Флейма пустое место. Он даже не узнал меня, а я все эти годы вспоминала его каждый день. Мечтала о том, как отомщу ему. Сделаю его жизнь такой же невыносимой, как он сделал мою.

— Мы тут вообще-то были заняты своими делами, — внезапно подаёт голос Даркфолл.

— Какие-то проблемы, хряк? — в глазах Майрока бурлящая лава. Он делает шаг вперёд.

Даркфолл бледнеет, потом покрывается красными пятнами.

— Н-нет.

— Отлично. До встречи, Найт. И научи свою женщину приличиям. Или это нужно сделать кому-то другому?

Не дожидаясь ответа, Флейм разворачивается и идёт прочь.

Он двигается с грацией огромного хищника, а я смотрю ему в спину не в силах отвести взгляд.

Майрок изменился за семь лет. Ему было восемнадцать, а мне тринадцать, когда он убил отца. Тогда он отнял у меня не просто моего папу. Он отнял мою жизнь. Из-за него я пала так низко и стала вещью в дядиных руках.

— Нам нужно идти, — голос дяди хрипит от едва сдерживаемой ярости.

Только что Флейм унизил его на глазах у нас всех, а ответить он ничем не может. Майрок куда сильнее и опаснее. Наши семьи давно враждуют. Только вот после смерти отца мы явно в проигрышном положении.

Мы идём к кабинету распорядителя. Все пялятся на нас, потому что видели, что было чуть раньше.

Распорядитель слегка поджимает губы, при виде нас.