Позор рода, или Выжить в академии ненависти

— Не впутывай меня в ваши дела. Из-за тебя я на грани вылета из академии. Ты пришла не к тому человеку. Я не буду тебя жалеть, поняла? Твои проблемы — тебе решать их. Мне своих хватает. И я буду действовать так, как будет нужно мне. Что будет делать Флейм — его дело.

На самом деле я не хочу говорить Кристабель, что очень скоро избавлюсь от истинности. Потому что не знаю, что у неё на уме, она же неадекватная.

— Я дам тебе десять тысяч золотых монет! — почти взвизгивает Кристабель, а затем тише добавляет: — Но позже.

Странно, её семья одна из самых богатых в империи. С чего бы у неё были трудности? И продавать драгоценности как-то низко для аристократки.

Потеряв терпение, я разворачиваюсь и иду прочь.

— Стой! Остановись! — летит мне вслед. — Я не смогу без него!

А мне её не жаль. До сих пор помню, каково мне было в той душевой. Я ведь уже думала, что мне не спастись. Ещё и имеет наглость приходить и предлагать деньги, будто я безродная нищенка.

Я подхожу к лабораториям Шейдмора злая и вся на взводе. Едва толкаю дверь, как натыкаюсь на профессора, который почему-то одет так, будто собрался на прогулку.

— Добрый вечер, сэр, — здороваюсь я. — Вы куда-то собрались?

— Сколько можно тебя ждать? — тут же поджимает губы Шейдмор. — Не я собрался, а мы с тобой собрались.

Глава 15.2

У профессора такое высокомерно-кислое выражение лица, что хочется закатить глаза. Единственное, что меня удерживает от такого неуважения — он правда мне помог. И благодаря ему даже Кристабель получила выговор. Я уверена, что Шейдмор надавил на ректора.

— В чём стоит наша задача, сэр? — от нетерпения я едва не подскакиваю.

Все эти дни я гадала, чем же мы будем заниматься.

— Знаете, кто такие туманники, адептка Найт?

Я набираю в грудь побольше воздуха, а затем выдаю:

— Туманники — полупрозрачные существа, состоящие из чистого тумана.

— Хм, — одобрительно хмыкает Шейдмор, и его взгляд теплеет. — Отлично. Всё, кроме одного. Они не вымерли.

— Но подождите.