Отказ не принимается (СИ)

Припечатав Виктора, я в полном молчании достаю окончательно замерзшими пальцами брелок из кармана и прижимаю ключ к детектору домофона.

Пропустив Тимошку вперед, я захожу в подъезд в полном молчании, оставив Воронцова за дверью.

Уже в прихожей, раздевая Тимку, понимаю, что, скорее всего, нажила себе еще большие проблемы. Хотя куда уж сильнее. Можно уже открывать сайты с вакансиями.

Щелкнув чайником, я сажусь за кухонный стол и кладу руки на батарею, постепенно согреваясь. Под полные восхищения реплики Тимошки о крутой машине Воронцова прикидываю, что делать дальше.

– А он нас покатает? – пристает мой медвежонок.

– Мы найдем еще круче, обязательно! – обещаю я.

– Круче только мусоровоз, – вздыхает Тим.

Мусоровозы – еще одна его страсть. Он может смотреть на них бесконечно. Надо было бы донести до Виктора Андреевича, что нынче настоящие принцы не на белых конях скачут и не на черных представительских иномарках ездят, а водят мусоровозы.

Черт. Забыла про динозавра!

Звоню маме попросить ее заглянуть в Роспечать на остановке после работы.

Как ни прячься от своих мыслей, а решать проблемы придется. Испорченные отношения на работе, это крах. Можно было бы попытаться что-то объяснить, если бы я проработала уже хотя бы год, а так… Наглая стажерка передком зарабатывающая свое повышение.

Завтра по графику два выходных. По графику старой должности.

В новую я вступать отказываюсь. Я ничего не подписывала. Так что завтра в магазин не пойду.

С мамой надо посоветоваться.

Звонок в домофон отвлекает меня от приготовления ужина. Мама смогла пораньше вырваться? Время пять, она только должна закончить…

– Посылка, – отзываются мне снаружи.

– Я ничего не жду, – хочу положить трубку.

– Варвара Тронь?

– Да, – растерянно отвечаю я и все-таки пропускаю гонца.

Правда, когда он поднимается ко мне на этаж, я вижу, что ни на курьера, ни на почтальона этот парень непохож. Дорогая куртка, слишком легкая, чтобы таскаться по улице.

– Это вам, – он протягивает мне небольшую прямоугольную коробочку и сматывается прежде, чем я успеваю что-то спросить.

Открываю осторожно, будто там внутри бомба.

Но в атласном нутре лежат перчатки. Мягкие кожаные перчатки.

Глава 14

Перед сном, уже уложив Тимку спать, я все прокручиваю в голове слова, брошенные мной Воронцову. Я сказала правду, но от собственного пафоса, хочется спрятаться под подушку.