Невеста снежного демона [СИ]

— Кто же еще?

— Да вы… Вы…

— Пошли, — я ухватила возмущенного боевика за рукав и потащила к аудитории.

Не знаю, что на этих двоих нашло, и какую игру они затеяли, но ждать, пока закончится этот «обмен любезностями» я не собиралась.

Нейт выдохнул сквозь зубы что-то не очень понятное, похожее на ругательство, но все-таки позволил себя увести, пусть и нехотя.

Несколько шагов до входа… всего несколько шагов, но Дамиан каким-то чудом обогнал нас и первым оказался у двери. Открыл ее, пропустил меня и тут же зашел следом, предоставляя Нейтону почетное право быть замыкающим.

Я переступила порог и быстро огляделась. Мы, действительно, пришли последними, остальные оказались уже на месте.

Слева от широкого прохода ледяными изваяниями возвышались снежные. Все десять, точнее, девять, Дамиан присоединился к приятелям через секунду-другую. Сел возле Брейтона, наклонился к нему и о чем-то тихо заговорил. Больше он не обращал на нас с Нейтом никакого внимания.

Справа, ближе к противоположному углу аудитории, словно неосознанно дистанцируясь от даймов, застыли настороженные адепты Гренси.

Поспешно юркнула на свободное сидение. Как только рядом со мной опустился Нейтон, дверь покрылась морозной дымкой и слабо засветилась — снежные активировали защиту. И сразу же со своего места поднялся Террелл: собранный, подчеркнуто серьезный, на лице — ни следа улыбки.

— Думаю, не стоить зря тратить время, рассказывать, как важны наши занятия и призывать сделать все, что в ваших силах.

Снежный на мгновение замолчал, обводя взглядом притихших адептов. Мы согласно закивали.

— Тогда перейду сразу к делу.

Террелл сделал пас рукой, и в воздухе за его спиной широким полотном повисла невидимая до этого карта.

— Прорывы завесы между этой реальностью и мирами хаоса не просто участились, они стали беспорядочными и непредсказуемыми.

Еще один энергичный жест, и на карте вспыхнули разноцветные огоньки. Их оказалось так много, что глаза разбегались.

— Вон те, зеленые — новые зоны прорыва, появившиеся за последние несколько месяцев, — коротко пояснил снежный, и мне стало по-настоящему страшно.