Последний попаданец 11. Финал. Часть 1 (СИ)

Минелла дрожала и, кажется, в первый раз была удостоена аудиенции.

«И очевидно, последний», — подумал сенатор, глядя, как эльфийка идёт к стулу.

Синее длинное платье, такого же цвета туфли и колье гостья надеть успела, а вот поправить причёску ей времени не дали, и, судя по торчащим светлым локонам, ребята, хватающие её, действительно не церемонились.

Минелла села и испуганно посмотрела на королеву. Разумеется, согласно этикету, молча и сложив руки на коленях.

— Дитя, — медленно проговорил сенатор, стараясь подражать медленной манере покойной королевы.

Минелла вздрогнула, но так и ничего не сказала, продолжая таращить испуганные зелёные глаза.

— Ты же догадываешься, о чем я?

— Да… — пискнула Минелла и сжалась.

— Тогда скажи мне, — сенатор подался вперёд и, глядя жертве прямо в глаза, стал говорить ещё вкрадчивее. Дополнительно ему помогали установленные в комнате артефакты, понижающие ментальную защиту сидящих на том самом стуле эльфов.

И, кстати говоря, эти штуки установил сюда не он.

— Что сказать? — Минелла покорно опустила голову.

— Скажи мне, что угрожает твоей жизни? Для того, чтобы продолжить, я должна знать, что ты всё понимаешь…"

"Эльфийка молчала секунд десять, и сенатор уже было хотел измерить тактику и ударить кулаком по столу, но она наконец подняла глаза.

— Меня могут искать эльфы сенатора Ланкалы.

— И всё?

Минелла снова опустила голову.

— Плохо, милая моя, — сенатор встал, подошёл к окну, повернулся к эльфийке спиной и заложил руки за спину. — Ты отлично понимаешь, что люди сенатора не столь опасны. Мы их ловим, и скоро они все предстанут перед судом. И боишься ты совсем не этого, ведь так?

…

— Отвечать!!! — крик королевы отразился от окна, а позади послышался грохот стула и падение тела.

— Да!!!

— Кого ты боишься?!

— Многоликого человека!!!

— Наконец-то! — лжекоролева резко обернулась и впилась глазами в сидящую на полу, бледную как лепесток санда, эльфийку.

Минелла вскочила, дрожащими руками поставила на место стул и рухнула на него.

— Так вот! — продолжил, не сводя пытающего взора с «гостьи», Ланкала. — А боишься ты его, потому что в день, когда мы его судили, ты его оклеветала.