Последний Герой. Том 3

Ирка неожиданно лукаво улыбнулась, наклонилась ко мне чуть ближе и заговорила заговорщически:

— А вот возьму и сделаю! Вот, например, подружка одна по секрету сказала, что к ним в клинику привезли какого-то раненого мужика, представляешь? Пуля ему прямо в глаз попала, а он жив остался, дышит даже. Так вот, подружка эта просила никому-никому не говорить, а я тебе взяла и рассказала. Вот какая я подлючка!

И тут же, ахнув, закрыла рот руками:

— Ой, какая же я всё-таки дура болтливая…

От ее слов я чуть не подпрыгнул на месте, но сделал вид, что просто удивлен, по-обывательски.

— В глаз — пуля? Вот это номер! — я чуть приподнял брови. — Слушай, Ир, такого же не бывает. После такого никто не выживает. Или ты это сейчас для разговора придумала?

Мои слова задели медсестричку, раззадорили, и она уже не терзалась тем, что выдала страшную тайну подруги.

— Да я тебе клянусь, Макс! — Ирка возбуждённо всплеснула руками. — Ой, опять я сейчас лишнего наговорю… Хотя ладно, тебе-то можно доверять, ты мужчина порядочный и надёжный, сразу видно.

Короче, подружка моя лучшая в клинике «МедВектор» работает. Частная клиника такая, знаешь? Вот к ним недавно пациента какого-то привезли, с пулевым ранением в глаз. Прикинь, в глаз — и живой. Говорит, вообще поначалу в сознании был. Привезли его грязного, помятого, знаешь, словно прямо из земли выкопали. В крови, в земле… Ну прямо жуть какая-то, честное слово…

Она снова зажала рот ладонью, но тут же продолжила, уже тише:"

"— Я вообще в их дела не лезу.

Подруга строго-престрого просила никому не рассказывать. Говорит, если узнают, шеф её сразу уволит. Там эту клинику доктор один открыл, вот он и хозяин. Она-то даже сообщение это в диалоге стёрла, когда я прочитала. Но ты же никому не скажешь, правда, Максим?

— Да кому это надо, Ир? — спокойно ответил я, слегка пожав плечами, чтобы продемонстрировать абсолютное равнодушие. — Я вообще не медик. А что касаемо одноглазого, живой — и ладно. Пусть его хоть в Книгу рекордов Гиннесса занесут или по телевизору сюжет снимут.

Меня-то это как касается?

— Как это — не касается? — Ирка с беспокойством посмотрела на меня, явно стараясь усилить драматизм. — Ты же в полиции работаешь. Вы, вроде, обязаны сообщать о криминальных ранениях.

— Да мне вообще пофиг, Ир. Я же тебе сказал. И вообще, я в штабе сижу, бумажки перебираю, — я старался, чтобы мой голос прозвучал максимально беспечно. — Точно не стану никому ничего говорить, даже не переживай.