Последний Герой. Том 3

— К чёрту, — усмехнулся я ей в ответ.

Я повернулся и направился к выходу из кабинета.

* * *Несмотря на раннее утро, в здании Следственного комитета уже вовсю бурлила жизнь. Кто-то пришёл пораньше, кто-то с ночи ещё разгребал материалы по дежурным суткам. Работа у следаков всегда кипела, в любое время года и в любую эпоху. Что тогда, в мои старые времена, что сейчас — следствие всегда имело дел выше крыши."

"Я прошёл через проходную, показал дежурному росгвардейцу своё удостоверение. Он мельком глянул на него и кивнул.

Я направился прямо в кабинет следователя Зыкина, которого мы все знали как Паука. Наш милицейский брат его не любил и всегда относился с неприязнью, но сейчас Паук был единственным, кому я мог хоть как-то довериться. Я не мог прийти с таким весомым компроматом ни к кому в своём родном отделе — там завелась крыса, и я уже ни капли в этом не сомневался. Даже Мордюков, который, вроде бы, был надёжным, не вызывал у меня полного доверия. Кто знает, как всё повернётся, если я вдруг вывалю перед руководством такую бомбическую улику, способную перевернуть с ног на голову не только нашу работу — жизнь всего города, всей области и зацепить влиятельных московских инвесторов.

А Паук, хоть человек и мерзковатый, но принципиальный. По крайней мере, так казалось мне до сегодняшнего дня. И сегодня я пришёл к нему, надеясь, что он станет моим союзником.

Дверь кабинета была распахнута. Паук сидел за столом, пил кофе и задумчиво смотрел в окно, за которым беспечно щебетали ранние воробьи.

— День добрый, Евгений Эдуардович, — негромко произнёс я, войдя в кабинет и сразу же прикрывая дверь за собой.

— А, Максим Сергеевич? — Паук внимательно посмотрел на меня, и по глазам его я сразу понял, что он догадался — это не просто визит вежливости. Я пришёл к нему с серьёзным делом.

У нас с ним была договорённость: если я что-то серьёзное нарою, то приду первым делом к нему.

— В общем так, Женя, — сказал я глухо и прямо, сразу перейдя на «ты», чтобы указать, что тут не место реверансам и формальностям. — Дело очень серьёзное. Прикрой-ка окошко, пожалуйста, — кивнул я головой на окно и на воробьёв, будто те могли подслушать нас и передать кому-то ещё.