Последняя тайна рейха

Аэродром отсюда не просматривался, и самолет возник буквально из леса! Это был «Юнкерс Ю-52». Ну да, тот самый, откуда здесь взяться другим? Он вылетел без опоздания.

Они смотрели на него будто зачарованные, не могли оторвать глаз. Крылатая машина набирала высоту, росла в размерах, уже проходила мимо них, слегка севернее. Отчетливо выделялись кабина пилотов, ряд иллюминаторов вдоль фюзеляжа. Самолет шел вроде ровно.

— Потанин, ты же сказал, что сломал его! — в отчаянии взвизгнула Катя. — Почему он летит? Наврал, сволочь ты редкая!

— Ну да, сломал, — растерянно пробормотал Олег, но вряд ли за громом с небес Катя его слышала.

"И вдруг «Тетушка Ю» качнула крыльями! Сомнительно, что тем самым пилот приветствовал людей, находившихся на холме. Хвост самолета как-то просел, он уже не набирал высоту. С ним что-то происходило. Его потянуло на сторону, потом он вернулся обратно на курс, снова покачал крыльями, но как-то резко. Пилоту уже не удавалось удерживать курсовую устойчивость.

«Юнкерс» уже летел над шапками леса, шасси цеплялись за макушки деревьев. Потом он пропал из виду.

Возможно, в той местности имелась большая поляна, на которую пилот собирался приземлиться.

Самолет просто исчез. Взрыва не было, значит, пилоту удалось сесть. Но он не мог сделать это так просто.

И все. Больше ничего. Чистое небо. Сплошная шапка леса. Впрочем, это издали она казалась таковой. До места катастрофы было километров семь, если по прямой.

Они стояли, охваченные липким наваждением, терли глаза, всматривались в даль. Потом изумленно уставились друг на друга. Что же повалило этот проклятый самолет? Неужели некая сверхъестественная сила?

— Это что? — сглотнув слюну, сдавленно спросила Катя.

— Это «тетушка» навернулась, — пробормотал Олег. — Голос с небес, так сказать. Я же говорил тебе, что сделал это.

— Какая тетушка?

— Не важно, не обращай внимания. Ни взрыва, ни дымного шлейфа. Он явно сел, но как именно?

Майор уже прикидывал путь. Курс на северо-запад, небольшая лесистая вершина. Это сразу за ней.

Однако Катя не спрашивала его мнения, кинулась вниз с холма. Он спохватился, припустил за ней.