После — долго и счастливо

Мы неизбежно возвращаемся друг к другу, даже время не может стать между нами.

Я делаю то, что велено, и снова укладываюсь сверху, стянув с нее трусики, пока она выгибает спину.

– Черт."

"Меня завораживает вид ее бедер, они так и кричат о том, чтобы я впился в них. Что я и делаю, и она пристально смотрит на меня своими невозможными серо-голубыми глазами, которые помогли мне пережить долгие часы всякой чепухи с доктором Траном. За последние месяцы из-за этих глаз я даже пару раз позвонил Вэнсу.

– Пожалуйста, Хардин, – поскуливает Тесса, приподнимая задницу над матрасом.

– Я знаю, детка.

Я провожу рукой между ее бедер и поглаживаю ее указательным пальцем, который тут же становится мокрым. Мой член сводит судорогой, а она вздыхает, требуя большего. Я продолжаю ласки уже внутри, поглаживая большим пальцем клитор, и заставляю ее стонать подо мной, – это самый сексуальный звук из всех, что я когда-либо слышал. В этот же момент засовываю в нее еще один палец.

«Черт».

«Черт».

– Так хорошо, – выдыхает она, судорожно сжимая простыни с идиотским рисунком в цветочек, которыми застелена крошечная кровать.

– Хорошо? – подстегиваю я ее, все быстрее двигая большим пальцем в самом чувствительном месте. Она лихорадочно кивает, а ее руки находят мой член и, крепко сжав его, начинают медленно скользить вверх-вниз.

– Я хотел попробовать тебя на вкус, прошло так много времени. Но если я не вставлю свой член в тебя прямо сейчас, то кончу прямо на простыню.

Ее глаза распахиваются шире, и я еще несколько раз провожу пальцами внутри ее, прежде чем соединить наши тела. Она по-прежнему держит и направляет меня в себя. Как только я наполняю ее, она закрывает глаза.

– Я люблю тебя. Я, черт возьми, так сильно люблю тебя, – говорю я ей, опускаясь на локти и двигаясь толчками вперед-назад, вперед-назад. Одной рукой она царапает мне спину, а другую запускает в волосы и тянет за них, когда я приподнимаюсь и раздвигаю ее бедра шире.

После месяцев кропотливой работы над собой, научившись восприятию действительности с лучшей стороны и прочей ерунде, так чертовски хорошо быть с ней рядом. Вся моя жизнь вращается вокруг этой девушки. Кто-то может назвать это болезнью, или манией, или даже сумасшествием, но знаете что?

Мне наплевать, глубоко наплевать на мнение этих людей. Я люблю ее, и она для меня все.