После — долго и счастливо

Он вырывается и пытается подозвать бармена.

– Он не хочет уходить, – поддакивает Джуди.

Во мне закипает гнев: эта женщина меня просто бесит. Я сердито смотрю в ее насмехающиеся глаза, едва видные за густым слоем туши.

– По-моему, тебя я не спрашивала. Не лезь не в свое дело, найди себе другого собутыльника. Мы уходим! – кричу я.

Она смотрит на Хардина в поисках поддержки, и тогда я понимаю, какая мерзкая история их связывает. «Подруга семьи» не станет так вести себя с сыном знакомой, который вдвое младше ее.

– Я же сказал, что не хочу уходить, – твердит свое Хардин.

Я испробовала все способы, но он меня не слушает. Последняя возможность – сыграть на ревности. Да, это удар ниже пояса, особенно учитывая его состояние, но он не оставил мне выбора.

– Что ж, – говорю я, с напускной внимательностью оглядывая бар, – если ты не отвезешь меня обратно в отель, придется попросить кого-то другого.

Мой взгляд останавливается на самом молодом среди посетителей бара парне, сидящем за столом в компании друзей.

Уже через секунду Хардин хватает меня за руку.

– Нет, черт возьми, никуда ты не пойдешь.

Я разворачиваюсь и замечаю, что, торопясь меня удержать, Хардин опрокинул барный стул, который теперь неуклюже пытается поднять Джуди.

– Тогда отвези меня назад, – отвечаю я, склонив голову набок.

– Я напился, – говорит он, словно это оправдывает все происходящее.

– Вижу. Можно вызвать такси и доехать до «Гэбриэлз», а оттуда доберемся до отеля на одной из тех машин, что взяты напрокат.

Хардин бросает на меня недоверчивый взгляд.

– Уже все продумала, да? – ехидно бормочет он.

– Нет, но оставаться здесь – не вариант, так что либо ты расплачиваешься и увозишь меня отсюда, либо я уеду с кем-то другим.

Он выпускает мою руку из некрепкой хватки и подходит почти вплотную.

– Даже не думай мне угрожать. Я тоже запросто могу уйти с кем-нибудь другим.

Я чувствую болезненный укол ревности, но держу себя в руках.

– Давай, вперед. Иди домой с Джуди. Я знаю, что раньше ты спал с ней. Нетрудно догадаться, – бросаю я ему вызов, выпрямившись во весь рост.

Он переводит взгляд с меня на нее и слегка улыбается. Я вздрагиваю, и он хмурится.

– Было бы о чем вспоминать. Я уже почти ничего и не помню.

Он пытается успокоить меня, но его слова производят противоположный эффект.