Попытка – не пытка

Поэтому делать мне там нечего, и пойду я в 1937 году в галантерею. Пяльцы куплю для вышивки. Уж очень меня Сталин заинтриговал своими разговорами об имперской идеологии и единой нации.

Натаныч присвистнул:"

"– Батюшки милые! Не нравится мне это. Как-то, знаешь ли, попахивает идеями… Ты знаешь, по твоему лицу вижу, что знаешь, какими идеями… Так что иди-ка действительно разберись, что он там еще выдумал, твой гений всех времен и народов. И кстати! Вы многое пропустили, товарищ Санарова.

– Ты о чем?

– Жара кончилась.

Так что дети на Валааме мерзнут, а моя итерационная программа прошла второе испытание.

Я подбежала к открытому окну. На улице действительно стояла вполне нормальная теплая погода.

– Фантастика! Тебе Нобелевскую премию надо вручить! А ты еще будешь править эту программу?

– Да… Придется… – поскреб он затылок. – Когда я второй раз в 1974-й летал, то там одного мужика встретил… Мы с ним когда-то мечтали вместе машину времени изобрести… Его потом грохнули в 1993 году… Ну не важно. Так вот, он мне идейку подсказал, нюансик, на который я внимания не обратил.

И знаешь, я наконец-то догадался, что надо сделать, чтобы все корректно работало. Так что я тут сижу и уже сутки над этим тружусь.

– Но тестировал-то ты старую программу, – сказала я и села на пол. – А сейчас новую сделаешь и опять жару устроишь? Или теперь на тайфуны переключишься?

Он скрестил руки на груди и уставился в экран:

– Старая тоже вроде работает. Но… Честно говоря, вероятность того, что она запустит эту итерационную переделку мира, составляет 73,55 процента.

А новая нам бы дала 99,98 процента.

– А на сто процентов ума не хватает? – возмутилась я. – Что-то слабовато ты справляешься. Ладно. Забрасывай меня в одиннадцать вечера через пять дней до утра.

– Пять дней?! Это мне снова реальность перепрограммировать? Что, так трудно соблюдать правило и летать туда не реже чем раз в четверо суток?

Натаныч достал медную пластину и произвел с ней привычные манипуляции.

– Слушай, – начал ехидничать он, вручив мне штекеры.

 – А что это он тебя не каждый день приглашает? По каким таким причинам в ваших свиданиях периодически наблюдаются столь значительные перерывы?

– Не догадываешься?

– Нет.

– А знаешь, почему не догадываешься?

– Ну и? – удивленно уставился он на меня.

– Потому что у тебя детей нет. А у него есть. И ему приходится еще и ими заниматься, а не только мной. Все, хватит разговоров. Отправляй меня. Хотя нет… – Я встала с ковра. – Пойду-ка я переоденусь.