Попаданка с огоньком 3. Искушение для тёмного

Тем временем пик испытания выплеснулся на саму вершину горы, почти к самому краю! Что-то странное творилось там: неясная сущность — по виду, воздушная — с удивительной скоростью кружила вокруг серебристой фигурки девушки с яркой нашивкой на рукаве. И ещё более яркими среди белёсой мути рыжими волосами.

Двэйн ощутил острый укол злости: кто посмел так жёстко наседать на неё? Неужели Тиэрнан совсем не видит границ, за которыми испытание превращается в битву?

А со стороны всё выглядело именно так. В воздухе носились воздушные и огненные элементали, пытаясь побороть друг друга.

"В какой-то миг он кинулся на помощь хозяйке — но его закрутило в смерче плотной и крайне агрессивной воздушной энергии. Выплюнуло через миг, словно из требушета — помятого и растерянного.

Эйлин сотворила невероятное: пленила сущность в плотный кокон огня, собираясь уничтожить. Но бездумное, казалось бы, не ведающее страха порождение вдруг… испугалось.

Показалось, внутри всё упало и перевернулось вместе с ней. В этот же миг на гору поднялся Шерк, но ему понадобилось время, чтобы понять, что вообще происходит. Он заметил Двэйна и понял — сейчас лучше не мешать.

Всё это мгновение смешалось в разуме калейдоскопом отдельных картинок: воздушник бежит вперёд, выпуская плотные хлысты силы, чтобы остановить непонятную сущность, задержать её и, возможно, уничтожить.

Эйлин, отчаянно хватаясь за скользкие камни, сумела совсем ненадолго себя удержать. А затем кувыркнулась в пропасть.

И почему савиры не способны двигаться быстрее?

Двэйн устремился вниз, чтобы успеть поднырнуть под падающую девушку. Она летела слишком быстро. Молча — словно онемела. Глазами сокола, его ускоренным восприятием, Двэйн успел заметить, как вокруг неё формируется что-то вроде полупрозрачного огненного кокона. Он вряд ли он способен уберечь её от удара. Не тот случай…

Так показалось Двэйну.

Тот самый вдох, которого недоставало Двэйну, чтобы успеть.

Он поймал Эйлин в упругую чашу собственной энергии. Савир не предназначен для долгого удержания материальных тел — это по сути дух.