Попаданка с огоньком 3. Искушение для тёмного

Думаю, вы достаточно умная девушка, чтобы понять, почему, — Гарнот взмахнул рукой, приглашая меня встать рядом с ним.

И тут я опасно приблизилась к панике. Если всё свершится, уже ничего нельзя будет исправить! Выхода отсюда нет. Только блестящие, невыносимо белые стены храма, сложенные ровно — камень к камню.

— Начнём, — напомнил князь. — Вам нужно будет испить из этого источника.

Он указал мне на огромную, но совершенно пустую чашу. Что я должна испить? Что в ней появится? Всё здесь выглядело настолько новым и нетронутым, что у меня невольно создавалось впечатление, будто замок отстроили только вчера.

На всякий случай я промолчала, ожидая следующего шага князя. Или того, что вот-вот случится. Гарнот принялся выстраивать сеть даже отдалённо не знакомых мне заклинаний. Я уже через миг запуталась в безумном переплетении потоков. Как будто князь вдруг разучился пользоваться магией.

Всё это начало вызывать у меня сомнения — может, я просто сплю и вижу плохой сон? Это слишком безумно.

Чем больше её становилось, тем яснее я понимала, что это. Она выглядела ровно так же, как в том “колодце” в поле. Так же тягуче переливалась и масляно поблескивала. Прикасаться к ней — не то что пить — совершенно не хотелось.

“Чистейший Хаос”, — глухо выдал Гугл, как будто ему резко стало плохо.

И тут я ощутила, как по запястью что-то скользнуло.

Знакомый почерк!"

"Захотелось улыбнуться от уха до уха, но пришлось сдержаться — иначе эффект неожиданности будет смазан. Я замерла, как каменное изваяние. Тем временем Гарнот закончил своё сомнительное дело и вновь повернулся ко мне.

— Пей! — велел он, резко сменив тон.

Я легонько встряхнула рукой, чтобы понять, что с браслетом. Оказалось, его уже и след простыл. Наверное, стоящие позади подмастерья всё заметили, но и они молчали, словно партизаны, ждущие подкрепления.

— Что со мной будет? — слегка потянула я время.

— Ничего настолько страшного, как ты думаешь.

Ну да, так я и поверила. Скорей всего, у меня крыша сразу поедет — как у этого князька.

— Я не буду пить эту гадость, — пошла я напролом.