Попаданка. Мама – служанка (СИ)

– Как я могу привязывать ребенка к себе, если однажды, спустившись сюда, он не обнаружит никого и ничего? Кроме разве что капель крови на полу».

Дарен плакал горько, уткнувшись куда-то в бедро Року. Потом тот подтянул мальчика выше, взял на руки. Дарен стыдно заливал слезами дорогую и не порванную даже рубашку пленника с кружевами на груди.

– Ты тоже не умеешь! Но ты не тычешь мне всякие там… портреты и не ругаешь маму! Ты лучше! С тобой останусь.

Дарен затих, подумав про историю Рока. Не понимал, конечно, многого.

– Магию, магию! Покажешь? Научишь и меня? Хочу уметь по магии, а то папа, Велес, вообще, ничего не умеет! Может, я маму приведу к тебе однажды? И ты влюбишься и в нее? Раз она у Ратмира живет! И тогда мне хоть кто-то братика сделает? – Дарен болтал всякую чушь, но улыбался.

Ему очень хотелось, чтобы не только он, но и его мама Злата стала счастливой. А как она может быть счастливой, если ее то Велес ругает, то Ратмир прогоняет?

«Значит, нужно за Рока сосватать! Не вечно же ему в подземельях сидеть? А судя по рубашке, он богатый очень! Или ему Ратмир подарил, как и мне, рубашку?» – подумал Дарен.

– Не надо маму сюда приводить! – Рок тронул пальцем кончик носа Дарена, как котенку. – Вдруг Ратмир ругаться будет, что вы сюда без спроса? Давай это секрет наш будет? Магию я показать не смогу, эта цепь запирает ее у меня.

Рок протянул руку, и тот, как бабочка, сел на раскрытую ладонь. Он тепло улыбнулся, золотые отблески заплясали у него в глазах. И Рок понял, что не врет… не разрешая говорить Злате и Ратмиру об этой встрече. Ведь за себя уже давно не боится. Что князь сделает ему? В подземельях этих забудет, заморит? Изобьет, измучит, убьет? Страшнее ничего не выдумает.

Дарен серьезно кивнул, слушая Рока. Ему было понятно, почему тот не захотел впутывать сюда взрослых. Чтобы не влетело… Дарен грустно посмотрел на Рока и вдруг засунул ловко ладошку между кружевами на воротнике рубашки. И потрогал едва затянувшийся шрам.

– Тебя побьют, если узнают, что я приходил, да? – на глазах Дарена снова появились слезы.

После Велеса он не верил никому.