Понедельники

Как только увидел ее в этом белом кружеве… Тут же захотел. Точнее, он и не прекращал, наверное… Но сейчас желание было особо сильным. Сжал ее руками, подхватил под попку, усадил на подоконник. Терпения не было вообще. Даже на то, чтобы раздеться нормально. Впрочем, платье и так задралось по самое «не хочу», когда Таня обвила его талию своими длинными ногами. Мужчине оставалось только стащить тонкие трусики, с чем он успешно справился, при активной поддержке партнерши. Нетерпеливые пальцы накрывают промежность, скользят по истекающей плоти.

Стонут оба… в унисон. Мало. Этого мало! Дергает пряжку ремня, спускает брюки, трусы. Таня судорожно расстегивает рубашку. Влажными ладонями скользит по крепкой груди, зарывается руками в волосы, целует мощную шею… Павел дергает молнию платья, спускает то с плеч и, наконец, дорывается до груди. Сжимает, мнет, лижет. Прикусывает соски. И чувствует на губах неожиданную сладость… Ловит смущенный женский взгляд:

— Прости, — шепчет она прерывисто, — Это Данькина еда… Прости, пожалуйста.

Он не сразу понимает, о чем она, а когда понимает… Черт… Это жутко эротично. И за что она извиняется? Возвращается к прерванным ласкам, слизывает редкие капли, и она стонет, упершись затылком в холодное оконное стекло. На ощупь скользит внутрь, толкается, она сжимается вокруг него, прикусывает ключицу зубами. Павел выдыхает хрипло и начинает активно двигаться. Таня раскачивается навстречу, откинувшись на локтях, тем самым предоставляя ему отличный доступ к десерту — своей офигенной груди.

Без напоминания начинает поглаживания тугого, возбужденного клитора, хотя, возможно, в этот раз это и лишнее. Таня кончает практически мгновенно, и это настолько хорошо, что он едва успевает выскользнуть перед своей разрядкой.

— Нам нужно нормально предохраняться, — хрипло замечает Таня, разглядывая жемчужные капли у себя на животе."

"— Угу, — соглашается Павел, тяжело дыша. А потом упирается лбом в шею любовницы, сытый… полностью удовлетворенный и невозможно счастливый.

И тут же дергается резко, случайно коснувшись голой ногой обжигающе горячей батареи.

— Черт! Вот к чему приводит секс в неприспособленных под это дело местах, — ворчит мужчина, отстраняясь от Тани, а та запрокидывает голову вверх и задорно смеется.

Глава 12

Павел с интересом наблюдал за Таней, которая, лёжа на животе в гостиной, просматривала очередной перевод. Данька в это время пытался разобрать по винтикам новенькую железную дорогу, и матери не мешал.