Полет Стрижа

 — Ну, я прямо не знаю куда направиться. Баня у кого-нибудь есть?

— У меня есть! — Ленка от радости даже подпрыгнула. — И баня, и ванна, на любой вкус.

— Точно, Толян, — авторитетно подтвердил Крот. — Баня у нее классная, попаримся!

Остальные приуныли, крыть было нечем. Попрощались. К Ленкиному дому они подошли втроем: хозяйка,

Стриж и Иван. Взглянув на двухэтажную хоромину, Стриж вдруг вспомнил одну интересную подробность.

Пока Лена, открыв калитку, загоняла в будку лающую собаку, он потянул Ивана за рукав и шепотом спросил:

— Слушай, это ведь дом Сорокина?

— Он умер лет пять назад.

— А, ну тогда ладно."

"Сорокин был главным инженером самого крупного в городе завода. Стриж запомнил его суровым и неулыбчивым седым мужиком двухметрового роста. Особенно почему-то осталось в памяти, как его привозили на обед: в неизменной белой заводской «волге».

Прошли в дом. Огромная прихожая была столь чиста, что Стрижу с Иваном стало неудобно за свои заляпанные грязью «чоботы».

— Раздевайтесь, раздевайтесь! — ободрила их хозяйка и, небрежно скинув сапоги, не снимая куртки, побежала вверх по лестнице на второй этаж.

— Мам, мам, ты как у меня? Ничего? — ее резкий звенящий голос был слышен даже внизу.

— Мать у нее болеет, — шепотом сообщил Иван. — Она сразу после смерти мужа сдавать начала, а тут еще с

Ленкой эта история.

— Какая история? — тихо спросил Стриж, но Крот не ответил — по лестнице уже спускалась хозяйка. Куртку свою она оставила наверху, теперь на ней оставались черные трикотажные лосины и такой же черный, в обтяжку свитер.

Длинноногая гибкая Ленка была столь идеально, даже на привередливый взгляд Стрижа, сложена, что у того мелькнула глупая мысль: ""У нас на южном пляже за лето с такой фигурой две-три, может быть, встречаются"".

Лена спускалась с озабоченным видом, но, увидев изумленные глаза Стрижа, расхохоталась, встала, подбоченясь, на ступеньках и спросила:

— Что, нравится?

Анатолий смутился, рассмеялся и честно кивнул головой.

Анатолием, а тому было не до шуток — ему очень не хотелось снимать куртку, слишком явно проступал его чисто мужской восторг.

— Ну, ладно, раздевайтесь, я пока посмотрю, чего бы нам поесть сварганить.

Она прошла на кухню.