Похмелье

- Только то, что уже сказала. Она не подходит вам, а ее попытки соответствовать – душу бередят, и ничего больше.

- Я не понимаю, о чем вы.

- Конечно же о Юлькиных попытках научиться читать. Жаль, я раньше не поняла, что заставило девочку пойти на это… Ведь была мысль, что неспроста все!

- Что значит – научиться читать? – отсеивая второстепенное, ухватился за главное Олег.

- Только не говорите, что вы не в курсе, что Юля - дислектик!

- Не в курсе. Совсем.

Женщина невесело хмыкнула:

- Ну и подонок же ты, Савельев… - перешла на «ты» судья.

- Конечно, зачем тебе проблемы девчонки… А она, наступив на глотку собственным страхам и кошмарам, в двадцать пять за букварь засела. Ради тебя. Больше не для кого. Для себя не смогла, не захотела…

- Я не знал…

- Не знал он… А ты интересовался?! Тебя вообще хоть что-то заботит, кроме собственной персоны?

- Юля мне небезразлична.

- Небезразлична! - передразнила Олега женщина.

- Ты даже не знаешь ее.

- Но не потому, что не хотел узнать! – огрызнулся Олег. – Если бы Юлька пожелала, она сама бы мне все рассказала. А если не посчитала нужным – в чем здесь моя вина?! Или я должен был по карме определить ее диагноз?!

- Ты вообще не должен был появляться в ее поле зрения! Неужели тебе твоих баб мало? Зачем тебе девочка? Нежная, добрая, любящая… Растоптать?! На что ты еще способен?!

- Я никогда не причиню ей боли.

- Уже причинил! Уже.

.. Я прошу тебя прекратить эти отношения. Нет, я требую! Куда ты, Савельев? Я не договорила!

- Я не обижу Юлю. Это все, что я могу обещать. При всем моем уважении к вам, – заметил Олег, перед тем как закрыть дверь машины. Возможно, это было неправильно – вот так заканчивать разговор, но он не мог иначе. Перво-наперво ему следовало самому разобраться в сложившейся ситуации. Утрясти все в голове, понять, что, черт возьми, происходит! Юлька – не умеющий читать дислектик.

Странно, он считал, что эта особенность поддается коррекции… Почему же тогда Юлька, прожив двадцать пять лет, не овладела этим довольно простым навыком? И, что имела в виду судья, когда твердила о Юлькиных страхах и кошмарах? Об этих ли кошмарах ему рассказывала сама девушка?

Тысячи вопросов кружились в голове. Олег ехал по заснеженным, замершим в предвкушении праздника улицам, и размышлял.