Пой, молись, люби

Ты вытащила меня с важных переговоров, и только для того, чтобы загадывать детские загадки?!

— Я хотела, чтобы ты понял, что такое эмоциональный шантаж, — честно призналась Эва. — Ты без конца пользуешься им по отношению ко мне. Но я тоже не люблю, когда играют на моих нервах. И мне не нравится, что ты заставляешь меня бояться говорить о вещах, важных для меня. Я не люблю, когда меня обвиняют и при этом лишают права защищаться!

Внезапно его сверкающий взгляд уподобился стреле, попавшей точно в яблочко.

— Так все это ты проделала потому только, что я не захотел обсуждать с тобой вопрос о твоей беременности?!

Эва вздрогнула, но тут же вскинула подбородок и сжала кулаки, чувствуя, что начинает терять контроль над собой.

— Надо быть сумасшедшей, чтобы иметь от тебя ребенка, Зак! Вне всякого сомнения, ты бросил бы меня с малышом и мне пришлось бы воспитывать его одной. Можешь мне поверить, ни одна разумная женщина не станет рожать, если в семье шаткие отношения, а партнер ясно заявляет о своем нежелании…

— Наши отношения не шаткие, и я тебе не партнер, а муж, — педантичным тоном вставил Зак, и это еще больше распалило ее.

— И кроме того, я не потерплю, чтобы мне все время напоминали о бывшем женихе или сравнивали с Абигайль! — воскликнула она в бешенстве, уже не владея собой.

— Но ты хотела ребенка от него, — холодно произнес Зак.

— То было совсем другое!

— Это и так ясно.

Эва на мгновение зажмурилась и медленно перевела дыхание. Разговор шел совсем не так, как она себе представляла.

"— У нас с Троем были совсем другие отношения. Мы были скорее друзьями, чем возлюбленными. Мы имели общие интересы, стремления, цели. Наши взгляды на многое совпадали.

— Как трогательно!

— Я только пытаюсь объяснить, что желание иметь детей тоже было общим. — Эва немного помолчала, собираясь с мыслями. — Наше будущее было распланировано до мелочей, и отсюда возникало чувство уверенности. Может, мы слишком самонадеянно вообразили, что очень подходим друг другу.

— Ты любила его, — хрипло пробормотал Зак.

Эва в раздумье опустила голову. Любила ли она Троя? Она могла с уверенностью сказать, что была к нему очень привязана, но Трой никогда не смог бы вот так разрывать на части ее сердце. В ее чувстве к нему не было ни головокружительных взлетов и падений, ни щемящего душу страха или божественного восторга.