Мой крылатый кошмар

И не понятно, доволен ли летун моими ответами, или нет.

Ну и ладно.

Я не для него это все затеяла, а для себя.

- Следующий вопрос.

Я тут же вскинула голову, собираясь поднять руку.

- Торбург, - усмехнулся Эленхайм, заметив мой интерес, - я хочу послушать остальных. Не вы же одни должны сегодня отвечать.

- Просто знайте, профессор, что я всегда готова.

- Учту.

За время урока, а длился он полтора часа, Эленхайм обращался ко мне еще раза два или три. Не знаю, хотел ли он меня проверить или застать врасплох, а может и позлить кого-нибудь.

В любом случае, я была готова ко всему.

Сколько запалов у змееголова? Девять.

Чем убить карангуйского бородавочника? Заклинание выброса или специальное зелье под названием чарингай.

Знаю ли я характеристики двухголового пса? Конечно же. Первая голова - звуковое оглушение, а вторая вырабатывает смертельный яд. Так что если не разорвет на части, то отравит точно.

Сегодня у Эленхайма я была звездой.

И мне на удивление понравилось это ощущение.

7

- Ну как? – торжествующе спросила я, выходя из кабинета Эленхайма одной из самых первых.

Давно я не была так довольна собой.

Улыбка до ушей, искры в глазах и невероятное желание сделать что-нибудь этакое. И непременно хорошее. Меня переполняла энергия, которую натерпелось куда-нибудь срочно выбросить.

И я еще считала себя равнодушной к чужому признанию? Как много, оказывается, я о себе не знала.

- Знаешь, Торбург, мое мнение о тебе совсем не изменилось, - отозвался летун, который шел рядом.

Остальные студенты двигались чуть позади, непривычно тихие и удивленные.

Конечно, не каждый же день бывший отстающий становится звездой строгого профессора. Тут кто угодно задумается.

Но слова Иргара мою радость немного поубавили.

- Не поняла? – оборачиваясь, отозвалась я растерянно.

Я ведь ожидала совсем другого.

- Ты чокнутая, - совершенно спокойно отозвался блондин.

- Это еще почему?

- Ты же не могла выучить полный курс по магическим тварям Черного леса за ночь, не так ли?

- Конечно, нет.

- Значит, ты все это знала и раньше. Знала и могла рассказать, - продолжил летун в своей обычной раздражительной манере, от которой буквально веяло собственным превосходством.

- И что?

- Тогда почему ты все время строила из себя неудачницу, балласт, который всех раздражал?

Нет, в чем-то Иргар был прав, как ни прискорбно это признавать, но все-таки было обидно. Можно было и помягче сказать.