Мой крылатый кошмар

Как?

И Зейн легко попал под раздачу. Всего лишь пошлый комплимент и желание, озвученное вслух. О том, как нагнул бы… как закинул ножки себе на плечи, как…

Он не дослушал. Ударил. Потом еще раз и еще. Мечтая загнать все слова другу в глотку.

Жалел ли он о вспышке? Нет. Никогда. Потому что о ней так нельзя. Только не о ней. Чистой, немного наивной, импульсивной и такой живой."

"А потом черный лес. И она рядом. Все время рядом. Смотрит, говорит, улыбается, касается, дышит одним воздухом с ним. И это счастье, от которого внутри всего корежит, напоминая о прошлых ошибках.

Признание… Его просто прорвало. Остановиться не получилось. Признаться и со страхом ждать ответа.

Неужели? Может быть… Ему в первые было страшно.

А потом… моя. Вся моя. Не отдам, не позволю. Моя жизнь, мое сердце, моя любовь! Люблю…

Люблю тебя, Ивилин Торбург…

41.3

Меня выдернуло наружу. Оглушенную, испуганную, обалдевшую. По-другому просто не сказать. Потому что те эмоции… это ведь его были чувства. Как же он жил с ними все это время? Как… как любил меня столько лет.

- Иви, ты как? – обеспокоенно спросил Айран.

Я лишь кивнула, продолжая смотреть на него так, словно видела впервые.

- Ты меня любишь, - прошептала чуть слышно.

- Люблю, - не стал отпираться он.

- Нет… ты меня любишь, так… разве я заслужила такой любви?

Айран понял. Едва заметно улыбнулся и тихо произнес в ответ:

- Только ты её и заслуживаешь, Ивилин Торбург.

Мне так хотелось броситься ему на шею и зацеловать всего, но не могла.

- Духи дали ответ, - вмешался старец.

Опустив взгляд на руку, я увидела зеленую веточку, которая как татуировка обвивала мое запястье. Точно такая же была на руке у Айрана.

- Надо же. Никогда таких не видела, - произнесла я, поднимая руку и вглядываясь в рисунок на руке.

Он был словно живой.

- А потому что давно уже дриада не благословляла чей-то союз. Это хорошая традиция. Правильная, - скупо улыбнулся старик. – А теперь идите. Магистратура только утром откроется.

- Спасибо, дедушка, - от всего сердца поблагодарила я. – Долгих лет.

- Идите уже. Дети.

Одевшись, мы выскочили на улицу, продолжая держаться за руки.

- Я не знала, что ты так меня любишь.

- Я же тебе говорил.

- Да, но это… почти больно.

- Эта боль стоит всего, Иви. Ну что? Назад в замок коменданта? А утром пойдем в магистратуру?

- Ты мне должен ужин. Помнишь? – отозвалась я. – И… знаешь, уже поздно.