Пограничная река

— Но он сперва хочет вернуться домой, говорит, надо бы близких своих взять. Уверяет, что три-четыре семьи привести может, если получится сбежать от местного барона. Спрашивал, будут ли им за это какие-то «блага».

— Ушлый тип… Ну если и правда будут три-четыре крепкие крестьянские семьи, то можно смело обещать корову или лошадь. И само собой, железные инструменты и хорошие семена. Пусть ставят себе хутор, земля найдется. Правда, недели две придется их на острове в карантине подержать, чума нам здесь не нужна.

— На это он не обидится.

— Ну и отлично. А теперь давайте-ка спать, завтра нам еще к кораблю топать через этот комариный питомник. Они и здесь эскадрильями жужжат, а уж там… Денек будет тот еще…

Глава 15

Добрыня, не стучась, открыл дверь радиоцентра. Столь серьезное название носила обычная на вид избушка, если не обращать внимания на толстые кабели и паутинки проводов, протягивающиеся к антеннам и генератору на ручье. Посмотреть сверху, будто и впрямь паучье гнездо в паутине.

Хозяин гнезда восседал в настоящем офисном кресле за громоздким столом, изготовленном из толстенных досок.

Ни лака, ни полировки — кое-как выровненная рубанком сосна. Бревенчатые стены, проконопаченные мхом, неровный пол из колотых плах, окна, затянутые мутной пленкой, глиняная и деревянная посуда на полке в углу, топчан, застеленный волчьими шкурами. Изящное офисное кресло выглядело здесь так же к месту, как домашний кинотеатр в индейском вигваме.

Ноутбук, на котором Паук сейчас азартно резался в какую-то игрушку, тоже как-то не слишком вписывался в интерьер.

Радиостанция, как ни странно, вписывалась получше-за счет деревянного корпуса. Местные умельцы в данном случае не стремились к миниатюризации и с размерами сильно переборщили — стационарную поселковую станцию все называли «гроб».

— Паук? Опять, сволочь, играешься?! — с порога начал Добрыня.

Тот, торопливо захлопнув крышку компьютера, торопливо затараторил:

— Да как вы могли такое про меня подумать! Я это… ну… таблицу рассчитывал, артиллерийскую.

— Ишь ты! Врешь и не краснеешь! Совсем совесть в тебе не присутствует. Пшел-ка ты вон с моего кресла. И почему твой гроб еще не включен?!"

"— Так это… Ой, елки! Забыл! Сей момент, сейчас мы этот девайс активируем.

Паук щелкнул тумблером:

— Вот! Пятнадцать секунд, и можно работать. Чуток прогреется, и все.

— Смотри, парень, если не услышу, что говорят, сам виноват будешь. Ты из избы только пожрать и выходишь, да и то не часто.