Поединок. Выпуск 10

И вдруг ярко, отчетливо ощутил, что взялся не за свое дело, что у него есть задание и разрешение на осмотр «Москвича-400», принадлежащего гражданину Веселому Виктору Федоровичу, ныне тяжело больному, прикованному к постели. А Урин всего-навсего зять Веселого, имеющий доверенность на вождение машины.

Если по ходу дела потребуется выяснить, где все-таки находился Урин в ночь с пятого на шестое апреля, это вполне по силам выяснить юристу третьего класса следователю Ивановой. Однако мысль о том, что Урин фактически обвиняет его в неправильности действий, несколько взвинтила Крюкова, и он громко и даже торопливо пояснил:

— Как представитель Госавтоинспекции, я участвую в следствии по делу об убийстве Ашотяна Георгия Саркисовича.

Слова Крюкова спугнули броскую улыбку с лица Урина. Фирменные очки его вдруг поблекли, подбородок заострился и пожелтел.

— А кто он такой, этот Ашотян? — спросил Урин растерянно.

— Житель поселка Ахмедова Щель.

— Ну, а… машина наша. Какое она имеет к этому делу отношение?

— Труп был доставлен в лес на машине «Москвич-400».

— Естественно, — согласился Урин."

"— У меня имеется разрешение на осмотр машины Веселого Виктора Федоровича. Поскольку вы состоите с ним в родственных связях, имеете доверенность на вождение и, видимо, ключи от гаража и от машины, я бы просил вас сопровождать меня и эксперта в поездке в леспромхоз.

— Пожалуйста, пожалуйста… — поспешно сказал Урин.

— Если требуется, я сообщу к вам на работу…

— Нет-нет… Не требуется. Я сам начальник. Небольшой, но начальник.

— Тогда поехали.

…Ехали молча. Крюков за рулем, эксперт и Урин на заднем сиденье.

Дорога была мокрая. Мутные брызги, вылетающие из-под колес встречных машин, грязнили боковые стекла, переднее стекло старательно очищали «дворники», сгоняя грязь в нижние углы.

Увидев источник, Крюков включил сигнал левого поворота, пропустил молоковоз и повернул налево. Дорога была в рытвинах и колдобинах, как в прошлый раз.