Подстава

Затем потянулся, с хрустом разминая шею, отошел к столу, взял бутылку из толстого зеленого стекла, открыл, наполнил свой стакан.

После развернувшись ко мне, присел на край столешницы, не отрывая от меня взгляда, сделал медленный глоток, чтобы после поинтересоваться:

– Почему?

– Что «почему»? – откровенно зверея, переспросила я.

Эрих, глядя на меня без тени насмешки, серьезно спросил:

– Почему такая чувственная, темпераментная, пламенная и страстная девушка остается девушкой в свои двадцать семь? Я, конечно, рад, скрывать не буду, более чем рад, но я никак не могу понять – почему?!

– Интересная постановка вопроса, – была вынуждена признать я.

И чувствуя себя крайне неловко, решила ответить грубо:

– Понимаешь, мы всегда с позы на коленях начинали.

Эрих улыбнулся, сделал еще глоток определенно спиртного и издевательски предположил:

– Откусывала прежде, чем дело до главного доходило, м?

Решила не отвечать.

Ситуация все больше бесила.

– Извини, это была шутка. Не очень удачная. Прости, – произнес Эрих, но улыбка у него становилась все шире.

– Ржать прекратил! – прошипела я.

Хохотнув, архонт Дагрей посерьезнел, отпил еще несколько глотков и задумчиво произнес:

– С тобой будет весело.

Что?!

– В каком смысле? – облизнув окончательно пересохшие губы, спросила я.

– Не делай так, – попросил адмирал, и допил все из бокала.

Затем, поставив его на стол, вновь развернулся ко мне, скрестил руки на груди, и, глядя мне в глаза, без тени иронии спросил:

– Намереваешься вернуться на Гаэру?

– Элементарно, – не стала скрывать я.

– Нет, – спокойно сообщил он.

Сузив глаза от злости, внимательно смотрю на мужчину.

Эрих улыбнулся, и продолжил:

– Ты летишь на Тайрем.

Прозвучало весомо. Спокойно. Не как сообщение или фраза, а как данность. Как постановление суда, как приговор, причем из области «У вас рак. Неизлечимая стадия».

Сузив глаза, пристально смотрю на архонта. Мужик продолжил, разглядывая переливающееся в бокале вино.

– У тебя будет приличное содержание, собственный особняк, возможность перемещаться по моим территориям.

И практически насмешливое дополнение:

– А так же охрана.

– Тюремщики, – догадалась я.

– Можно сказать и так, – не стал отрицать адмирал.

А я внезапно ощутила что-то такое неприятное очень… Досаду? Наверное, да, именно ее. Потому как я, если уж совсем честно, хотела бы продолжить. Вот то, что мы с ним начали. Не знаю, чем бы все закончилось, и, абсолютно точно я бы предпочла быть сверху, но продолжить хотелось. Очень.