Почти что сломанная жизнь

То, сколько времени ей понадобилось, чтобы открыть мне дверь, доказывало это.

- Вот, это то, что удалось найти в Гугл,- сказала Лорен, входя в кабинет.

- Благодарю.

- Я только что сделала запрос в больницу. Но должна сказать, я помню этот случай. Ее несколько дней не могли найти. Это как раз совпало по времени с другими случаями об исчезнувших и изнасилованных девушках, найденных потом мертвыми. Двое, Эйлин и еще одна, выжили. Но в скором времени одна из выживших девушек покончила с собой.

- Значит, Эйлин - одна из тех девушек, - говорю я, не ожидая ответа Лорен.

- Как видно, да, - вздыхает Лорен. - Она была такой красавицей до этого.

- Спасибо, Лорен, - говорю я, начав пролистывать отпечатанные ею страницы.

Я полностью погружаюсь в найденную информацию об Эйлин Соммерс. На момент исчезновения ей было двадцать лет, через три дня после похищения ее нашли в местном пруду. Молодая пара обнаружила ее, едва дышащую, израненную, абсолютно голую, с ужасными травмами.

Эту пару интервьюировала местная газета.

Газетные вырезки предполагали разные версии нанесенных ей травм, но я лучше дождусь досье из больницы, чтобы понять насколько все серьезно.

Насильников не поймали, и это собственно объясняет, почему Эйлин живет в состоянии постоянного удушающего страха.

Лорен также удалось накопать то, что Эйлин единственный ребенок. Когда дедушка с бабушкой по материнской линии погибли в автомобильной аварии, Эйлин получила в наследство достаточно денег, чтобы купить дом и безбедно, хотя и скромно, жить до конца своих дней.

Сложив бумаги на стол, я переплел пальцы, уперев в них подбородок.

Эйлин понадобилась вся ее храбрость, чтобы обратиться ко мне за помощью. Запертая в своем доме, она едва ли живет, правильнее сказать, выживает.

Она с трудом держится за жизнь, ее все ближе и ближе толкает к краю забвения.

В полном одиночестве, полная отвращения к себе, раскаяния, преследуемая призраками того, что было у нее отобрано, Эйлин изолирует себя от этого мира, имея все основания бояться быть раненой снова.

Прятаться от мира - это не только ее спасение, но еще и ее болезнь. Чем сильнее она укрепляет барьеры вокруг себя, тем больше эти стены будут давить на нее.