Почти что сломанная жизнь

Фейт хотела привезти это чудовище ко мне домой, чтобы представить нас друг другу, а теперь выясняется, что он один из них. Их было трое: полицейский, адвокат и наркоман.

- Сколько всего? - спрашиваю я из-под одеяла. Я не хочу спрашивать, но должна. - Сколько всего девушек? - спрашиваю я чуть громче.

- Не нужно тебе этого знать, - говорит Доминик, нежно поглаживая меня по спине.

Я сбрасываю одеяло и поворачиваюсь лицом к ним обоим. Вдруг, я уже горько плачу, не в силах совладать с жалостью к себе и другим девочкам.

- Сколько? - ору я.

- Тридцать шесть девушек. И это только те, о которых нам известно, - отвечает Саймон, быстро опуская глаза в блокнот.

Тридцать шесть.

Какое ужасное и полностью сокрушительное число.

Мое сознание поглощает тьма. Глаза закрываются, и я отключаюсь.

Глава 30

- Эйлин, они тебя выписывают. Мы едем домой.

Я поворачиваюсь на другой бок и бросаю взгляд на Доминика. Он смотрит на меня и наклоняет голову набок, заглядывая мне в глаза.

- Ты останешься со мной? - умоляю его я.

- Я никуда не собираюсь, только если ты не со мной. Ни в этой жизни, ни в другой.

Улыбаюсь Доминику и сажусь на постели.

- Я так устала, Доминик. Мое тело, мой разум и моя душа - все требует отдыха.

- Пойдем. Я отвезу тебя домой, и мы сможем оставаться в постели, сколько захотим. - Он протягивает мне руку в приглашающем жесте и, глядя на нее, я думаю, не натянуть ли опять одеяло на голову, отключившись от внешнего мира. - Дома - где нам обоим комфортно - мы можем выздоравливать вместе, не то что в этой крошечной кровати, где я даже не могу обнять тебя.

Опускаю взгляд в пол и делаю глубокий вдох.

Он, конечно, прав. Больница - не то место, где я могла бы прийти в себя. Я нахожусь здесь шесть дней, и единственное мое окружение - это медсестры, докучающие своими глупыми вопросами и ненужным беспокойством. Я понимаю, это их работа, которую нужно выполнять, но также знаю, обо мне здесь не позаботятся лучше, чем дома Доминик.

- Хорошо, давай поедем домой, - отвечаю я на его сердечные слова.

- Я буду снаружи. Не торопись. - Он наклоняется и, перед тем, как отвернуться и выйти из маленькой больничной палаты, целует меня в лоб.