Почти что сломанная жизнь

- Он целует меня. - Только. - Целует. - Тебя. - Целует, и еще раз.

- Прости меня.

- Прекрати извиняться. То, чем мы сейчас занимались, была любовь в ее совершенной форме. Поэтому, пожалуйста, никогда не извиняйся за то, что мы вместе с тобой сейчас разделили. Неважно, где это было: внутри или снаружи спальни.

Я улыбаюсь, слыша его слова.

Мы переплетаем вместе наши тела, когда он включает телевизор, и смотрим очередной побег героев Хогана.

Оглядывая свою бежевую комнату, задумываюсь. Мои ноги лежат на бежевом диване, рука Доминика лежит на бежевой подушке.

- Доминик.

- Хммм. - Он смеется над каким-то эпизодом по ТВ.

- Думаю, мне бы хотелось сиреневую гостиную. - Я смотрю по сторонам и точно представляю необходимый оттенок, искусно покрывающий мои стены.

- Я найму женщину-моляра, - говорит он, целуя меня в макушку.

Я улыбаюсь и закрываю глаза.

Синяя сойка расправила свои крылья.

Глава 26

- Как далеко живут твои родители? - спрашиваю я Доминика, ведущего машину.

- Чуть меньше получаса езды.

Он держит меня за руку, пока ведет машину. Я смотрю в окно и впитываю красоту окружающей природы.

Уже почти конец лета, и хотя дни все еще полны тепла, ночи стали прохладными. Сегодня в полдень на небе появилось несколько серых облаков, но они вроде бы безобидные и не собираются докучать нам.

- Ты прекрасно выглядишь сегодня, Эйлин.

Я гляжу на свою черную юбку длиной до колена и бледно-желтую блузку, и делаю себе заметку, что хочу разбавить свой гардероб цветными вещами.

Мы подъезжаем к привилегированному, огороженному забором комплексу, и Доминик подъезжает к домику охраны. Охранник улыбается и, не говоря ни слова, открывает Доминику ворота.

Я озадаченно смотрю на Доминика. Он улыбается мне.

- Это Фил. Он работает здесь дольше, чем я могу вспомнить. К тому же, он хороший парень.

Дома в этом поместье богатые, захватывающие дух, по-королевски красивые.

Доминик медленно едет по широким, усаженным деревьями аллеям. Солнце заходит, но света вполне достаточно, чтобы рассмотреть другие дома, расположенные с искусной точностью. Он останавливается у одного из самых величественных особняков. Гладкий, синий кабриолет припаркован у дверей, и я улыбаюсь при мысли, что родители Доминика разъезжают на такой машинке.

Я еще не встречалась с ними.