По следу Черта

Шарик с обрезом блокировал кухню, Хрипатый с потертым «ТТ» стал у заднего выхода, остальные окружили парализованного ужасом Князя.

— Ч-ч-то сл-л-лучилось, Ч-ч-ч-чертушка? — запинаясь, еле выговорил он. Красное лицо покрылось крупными каплями пота.

— Халява кончилась, барыга позорный, пора ответ держать! — угрожающе проговорил Черт, нависая над толстым грузином. — Воровать перестал, в торгаша превратился, а за «крышу» не платишь?! Бабло немереное от рынка, автосервиса, заправки — в карман кладешь, а должен в общак загонять, на благо воровское!

— П-под-дожди, с-сейчас в-время д-другое, — выпучив глаза, пытался оправдаться Князь.

— Какое время?! — голос Черта гремел праведным гневом. — «Закон» никто не отменял! Я тебе по «закону» предъяву делаю. Чем можешь ответить?

Достав скомканный платок, хозяин рынка принялся вытирать лоснящееся лицо. Платок мгновенно стал мокрым.

— Я… Я б-буду п-платить д-долю… Х-х-хочешь, т-тебе с-с-т-тану отстегивать… Т-ты в-вор ав-вторитет-тный…

— Нечем ему ответить! — Черт повернулся к Прыщу и обвел рукой остальных, будто призывая всех в свидетели.

— Хр-р-р… Хр-р-р-р…

Утробные звуки и бульканье вырывались наружу вместе с воздухом из легких и струями крови, на которую Черт обращал столько же внимания, сколько пьяная красавица на струи обливающего ее шампанского.

Наконец, он распрямился и сделал шаг назад.

— Все! Власть переменилась! — тяжело дыша, сказал он, вытирая лоб тыльной стороной ладони.

Черт плюхнулся на место, которое только что занимал Князь, окровавленной рукой схватил с его тарелки надкусанный кусок мяса, отправил в рот и стал жадно жевать. Окружающая обстановка его совершенно не смущала, хотя Прыщ был близок к обмороку, и даже видавшие виды налетчики заметно побледнели.

— Прыщ больше не Прыщ! — вдруг объявил Черт.