По прозвищу Святой. Книга вторая

— Я не оберст, — сказал Кифер. — Моё звание — штандартенфюрер.

— Это слишком длинное слово для моей больной головы.

— Тогда просто шеф.

— Уговорили, буду звать вас герр Кифер. Устроит?

— Вполне. Откуда вы так хорошо знаете немецкий язык?

— Учителя в школе были хорошие.

— Диверсионной школе?

— Обычной советской школе.

— Простите, не поверю.

— Ваше право.

— Вы — русский диверсант. Документов при вас мы не нашли, но я знаю совершенно точно, что… — он прервался, пододвинул к кровати стул, уселся, кивнул доктору.

Доктор коротко кивнул, ещё раз окинул Максима внимательным взглядом и вышел.

— Не боитесь остаться наедине с русским диверсантом? — насмешливо осведомился Максим.

— У вас сломана левая рука, ключица и три ребра, — сказал Кифер.- Ваши ноги прикованы к кровати и, поверьте, эти оковы не снять и не порвать. Даже вам. Так что я вполне спокоен. Кроме того, у меня под рукой мой верный люгер, — он похлопал себя по животу, — которым я, смею вас уверить, владею очень хорошо.

— Вполне.

— Замечательно. Итак, я буду спрашивать, а вы отвечать. И не лгите. Мне не хотелось бы выбивать из вас правду. Мы в гестапо умеем это делать очень хорошо.

— Наслышан, — сказал Максим. — Договорились. Только правда. Спрашивайте.

— Ваше имя?

— Максим Седых.

— Звание?

— Старший лейтенант советской армии.

— Род войск?

— Пехота.

— Специализация?

— Фронтовой разведчик.

— Так я и думал. Ваше задание?

— Моим заданием было испытание нуль-звездолёта. Прыжок за орбитой Юпитера на двадцать астрономических единиц и возвращение на Землю. Но что-то пошло не так, и я оказался в другом времени. Вашем времени.

Кифер рассмеялся. Он смеялся долго, со вкусом. Отсмеявшись, вытащил портсигар, достал сигарету, предложил раскрытый портсигар Максиму:

— Курите.

— Спасибо, не курю. Хотя уже подумываю начать. У вас тут все курят, просто деваться некуда от табачного дыма.

— Советую, — сказал штандартенфюрер. — Хорошо успокаивает нервы. И думать легче. Так значит, вы из будущего?

— Ага, — подтвердил Максим. — Оттуда. Две тысячи девяносто пятый год, если вам интересно.

— Занятно. И как там, в будущем?

— У нас всё хорошо. Советский Союз процветает. А вот у вас, немцев, дела плохи.

— Что так?"

"— Нация вымирает. Эту войну вы проиграли с разгромным счётом. А затем… Слишком много эмигрантов с чуждой верой и культурой.