Плохая репутация Курочки Рябы

– Все? А где какой-нибудь салат? Закуска? И каша на горячее никуда не годится. Я могу съесть овсянку на завтрак, но без удовольствия, а вечером геркулес даже нюхать не желаю! Что у Марины в голове? Почему она не приготовила нормальную вкусную еду?

Нина опустила голову.

– Весь день Маришеньку сегодня не видела. Она в большой дом не заходила. Ужин я сама готовила, но не умею так вкусно еду сделать. И Дашеньку я не нашла, той тоже нигде не оказалось.

Полковник покраснел.

– Зачем тебе Дарья?

– Подумала, если Мариночка чем-то занята, может, Дашенька все сгоношит, – прошептала Нина.

– Не дай Бог, – отрезал Александр Михайлович, расчесывая шею – у нее даже макароны в ком слипаются.

– Всего один раз незадача случилась, – начала я оправдываться, – просто я увлеклась детективом, забыла про время. Марина сегодня уезжала одновременно со мной, тащила здоровенный чемодан с кухонной утварью. У нее какое-то мероприятие, кулинарное.

И тут мне в голову вдруг пришла неожиданная мысль.

– Ты куда? – окончательно разгневался толстяк.

– Забыла в офисе мобильный, – на ходу соврала я.

Глава тридцатая

Войдя в гостевой домик, я сразу поднялась на второй этаж и зашла в спальню. Кровать была аккуратно заправлена, простыня, наволочка, пододеяльник сняли и сложили стопкой поверх покрывала. Сверху белела записка.

Я взяла листок. «Нинулечка, прости, я уехала. Не могу постирать белье. Очень тебя люблю. Не меняй номер телефона. Когда найду место жительства, сразу тебе напишу.

Я постояла пару секунд молча, затем зашла в гостиную. Там с книжных полок пропали две фарфоровые кошки и фигурка мопса. Статуэтки Марина получила от меня в разные годы тридцать первого декабря.

Я застыла в центре комнаты, подруга не могла вот так уехать, ничего мне не сообщив. Где-то определенно лежит письмо. И тут звякнул мобильный, пришло сообщение. Я села на диван и приступила к чтению. «Дашенция! Я хотела всегда жить в Ложкине.